Книга 2. Освоение Америки Русью-Ордой.

В войне 1812 года есть любопытное обстоятельство. Напав на Россию, Наполеон двинулся к Москве. История войны показывает, что именно захват Москвы почему-то рассматривался Наполеоном как цель войны. На первый взгляд, ничего странного здесь нет. Поскольку сегодня Москва — СТОЛИЦА России. Естественно, для достижения целей войны, нужно завоевать столицу государства. Но ведь во времена Наполеона и Александра I столицей России был ПЕТЕРБУРГ. А отнюдь не Москва. И тут сразу возникает ощущение странности в поведении Наполеона. В самом деле, давайте рассуждать логически. Французский император решил добиться своих политических целей в переустройстве Европы и мира. Однако ему мешает русский царь. У которого по многим вопросам совсем иное мнение. Наполеон начинает войну, дабы силой принудить Александра подписать нужный договор. Большая армия, в которой не только французы, но и представители почти всех западноевропейских наций, выступает в поход против России. Русский царь Александр находится в столице, Петербурге. Самое естественное для Наполеона — направить огромную армию именно на Петербург. Тем более что из Польши, откуда выступил Наполеон, до Петербурга не дальше чем до Москвы. Хорошие дороги, налаженные пути сообщения в столицу. А ведь в Петербурге не только царь. Здесь — его двор, высшие государственные чиновники, богатейшие дворцы и поместья. Появление вражеской армии даже на подступах к Петербургу вызвало бы если не панику, то заметное напряжение в русском правительстве.

Тем не менее, Наполеон идет на Москву. Преодолевает трудно проходимые брянские леса. Берет Смоленск. И опять-таки, не поворачивая к Петербургу, продолжает движение на Москву. Тяжелое сражение на Бородинском поле. В конце концов, Наполеон входит в Москву, оставленную жителями. Вместо того, чтобы, наконец, повернуть к Петербургу и победоносно закончить войну, он поселяется в Кремле и ждет зимы, не покидая Москвы. Столь странное поведение получает теперь некоторое объяснение. Вероятно, поход Наполеона рассматривался им и всей Западной Европой как реванш за прежнее русско-ордынское завоевание Европы в XIV–XV веках. Поэтому Наполеон и рвался именно в старую столицу Руси-Орды, в Москву. Петербург для него особого интереса не представлял. Поскольку Петербург и его окрестности, включая так называемый «Великий Новгород на Волхове», никогда не был столицей Руси-Орды. Ему Западная Европа никогда не подчинялась. Поэтому западные европейцы и не стремились завоевать эти места.

А вот Москва, по крайней мере, со второй половины XVI века, являлась столицей «Монгольской» Империи. Именно она владела Западной Европой, вплоть до конца XVI — начала XVII века. И Западная Европа времен Наполеона об этом еще хорошо помнила. Конечно, память сохранялась уже на подсознательном уровне, поскольку историческая скалигеровская «наука» того времени уже «успокоила» западных европейцев. Заявив, будто никогда никакой зависимости Западной Европы от Руси не было. И быть, дескать, не могло. Но заказчики этой теории, властвовавшие в Европе XVIII–XIX веков, еще понимали, хотя и смутно, что скалигеровская история — всего лишь необходимая им пропаганда. Созданная ими самими. И что на самом деле еще не прошло и двухсот лет, как Европа высвободилась из-под власти Руси-Орды = Ассирии.

Естественно, как только появилась реальная возможность, Западная Европа постаралась взять реванш. И впервые за много столетий огромная западноевропейская армия вступила на территорию Руси-Орды. Ранее ничего подобного не было. Русско-ордынские и османско = атаманские войска всегда в Европе двигались с востока на запад. Теперь, в 1812 году, в первый раз, западноевропейские войска пошли на восток, в самое сердце Великой Империи. Во главе армии встал Наполеон. Вероятно, мечта о славе покорителя бывшей Ордынской Империи, и особенно ее старой столицы, затмила здравые соображения даже у Наполеона. Бывшего, насколько можно судить по другим его кампаниям, трезвым практиком. Он не нашел в себе сил повернуть на Петербург, когда перед ним открылась возможность войти в Москву и поселиться в Кремле. То есть там, где когда-то жили великие цари-ханы Великой Империи. Там, где они восседали на имперском ордынско-римском престоле. Недаром в момент своего коронования во Франции Наполеон облачился в тогу РИМСКОГО ИМПЕРАТОРА, рис. 1.78. Надо полагать, очень хотел походить на «монгольских» Императоров. Правда, французские историки и модельеры изготовили для Наполеона «античные одежды» уже в меру своего искаженного понимания истории. То есть имевшие мало общего с реальной историей Рима = Руси-Орды.

Рис. 1.78. «Наполеон, император. В облачении римского императора Бонапарт становится Наполеоном 2 декабря 1804 г.» [328], с. 280. Анн-Луи Жироде де Руси Триозин. Замок Курсон, Эссони. Взято из [328], с. 280.