Книга чудес света

В первой половине XIX в. многие историки открытий еще сомневались в том, что Колумб непосредственно пользовался «Книгой»: эти скептики полагали, что Колумб знал о ней только по пересказам или извлечениям, сделанным некоторыми писателями XV в. Такое сомнение отпало после того, как найден был латинский печатный экземпляр «Книги» Марко Поло (издание около 1485 г.) с пометками Колумба на полях.

В основной своей части «Книга» Марко Поло представляет огромный интерес для истории монголов и некоторых других народов Центральной и, отчасти, Передней Азии: она дает очень важный материал для характеристики их быта, экономики, военного искусства и т. д. Однако высоко ценя основную часть «Книги», историки-востоковеды – за редкими исключениями – были не очень высокого мнения о ряде так называемых исторических глав, «написанных по однообразному, искусственному шаблону и не дающих почти никакого понятия о действительном ходе событий» (В. Бартольд).

Эти исторические главы по стилю настолько резко отличаются от остальных глав «Книги», что большинство комментаторов справедливо считает их результатом «свободной переработки» Рустичано. А некоторые биографы Поло отождествляют генуэзского узника Рустичано (по-видимому, основательно) с одним из авторов распространенных в средние века воинских повестей, где все битвы самых различных народов и в разные исторические эпохи описывались так, что их нельзя было отличить одну от другой.

Это замечание относится, однако, только к описаниям битв. Некоторые другие исторические главы «Книги» заслуживают гораздо более высокой оценки. Они дают – иногда несколько искаженные (как, например, в рассказе о «горном старце»), иногда точные сведения, свидетельствующие об осведомленности Марко Поло о важных исторических событиях. Ряд приводимых им сведений подтверждается китайскими и персидскими источниками его времени, в частности «Сборником летописей» выдающегося персидского историка Рашид-ад-дина (1247–1318)[21].

Когда же была составлена самая ранняя из известных нам версий «Книги»? Как видно из заключительной фразы «Пролога», – в 1298 г. Именно тогда, по заявлению пизанца Рустичано (или Рустичелло), Марко Поло, «сидя в темнице, в Генуе, заставил заключенного вместе с ним Рустикана Пизанского записать все это», т. е. «Книгу, именуемую о разнообразии мира». Из этой фразы – при отсутствии каких-либо других данных о жизни Поло в первые годы после возвращения на родину – многие комментаторы XIX в. заключали, что Марко попал в генуэзскую тюрьму как участник известного морского боя (7 сентября 1298 г.) близ далматинского берега Адриатического моря, у острова Корчулы (итальянское название – Курцола): там венецианский флот был наголову разбит генуэзцами и около семи тысяч венецианцев попали в плен.

Однако в таком случае Марко вместе с другими пленными мог быть доставлен в Геную не ранее второй половины сентября и для того, чтобы продиктовать в 1298 г. Рустичано объемистую рукопись «Книги», у него оставалось, в лучшем случае, около трех месяцев – срок маловероятный. Нужно при этом учесть, что Марко Поло говорил на венецианском диалекте итальянского языка, а пизанец Рустичано – на тосканском; записывались же рассказы Марко на французском языке, которым Рустичано владел не очень хорошо, как свидетельствуют все специалисты-филологи, занимавшиеся этим вопросом. Кроме того, все комментаторы сходятся на том, что Марко при диктовке имел под рукой какие-то материалы, которые он мог получить только из Венеции; а для доставки их в Геную при враждебных отношениях между обеими республиками требовалось также немало времени. Таким образом, срок написания «Книги» сокращался до невероятных размеров.

По всем этим соображениям наиболее осторожные комментаторы «Книги» уже в XIX в. отвергали возможность участия Марко в морской битве при Корчуле и считали, что он попал в генуэзскую тюрьму во всяком случае за несколько месяцев раньше этой битвы, а всего вероятнее – вскоре после возвращения из путешествия, т. е. в 1296 или 1297 г. А так как в эти годы не было известных нам значительных сражений между генуэзцами и венецианцами, то предполагали (и это мнение утвердилось к настоящему времени), что либо Марко принимал участие в какой-то второстепенной морской операции, сведения о которой до нас не дошли, либо он попал в генуэзскую тюрьму по невыясненным причинам.

Оригинальная версия Рустичано на старофранцузском языке дошла до нас только в одном списке – в рукописи, хранящейся в Парижской национальной библиотеке. Издана она была впервые в 1824 г. Парижским географическим обществом. Именно это издание положено в основу первого полного русского перевода «Книги», сделанного Иваном Павловичем Минаевым, под редакцией Василия Владимировича Бартольда.

По мнению В. Бартольда, переводчик правильно остановился именно на версии Рустичано. Сам же редактор дополнительно ссылается на высказывания наиболее выдающегося комментатора «Книги» Марко Поло – англичанина Генри Юла.