Книга Кагала: Всемирный еврейский вопрос

Изучением деятельности кагала в области права мы заканчиваем рассмотрение, так сказать, внутренней его деятельности. При этом нам следует оговориться, что разносторонняя деятельность этого административного органа еврейской жизни еще далеко не исчерпана нами. Мы поневоле опускали подробности и останавливались только на таких моментах в этой деятельности, которые могут совершенно рельефно выяснить образ действий кагала как по отношению к евреям, так и по отношению к иноверцам. Бесспорно, изображенная нами картина управления еврейскою общиною кагалом была бы гораздо полнее при наличности нередко чрезвычайно важных и характерных подробностей, но мы думаем, что читатель может сам пополнить этот пробел, обратившись непосредственно ко 2-й части этой книги. Тем не менее все сказанное нами относительно внутреннего управления еврейской общины совершенно достаточно, чтобы окончательно разрешить следующие вопросы: 1) кто и на каких началах заправляет внутреннею жизнью еврейской общины, 2) насколько это управление согласно с видами правительства и 3) как оно отзывается на интересах местного христианского населения.

Теперь мы перейдем к изучению той деятельности кагала, которую можно назвать внешнею.

Глава XIVСистема скрытого противодействия правительствуФактор-поверенный. Его деятельность и орудиеЕврейский Комитет при Александре I и отчет о нём ДержавинаВнешняя деятельность кагала

Из предыдущего раздела мы узнали, какими путями и средствами кагал выполняет свою основную задачу — сохранение неприкосновенности иудейства в области внутреннего управления общиною; теперь нам необходимо ознакомиться с внешнею деятельностью кагала, т. е. с совокупностью тех его действий, средств и приемов, которые направлены к ограждению еврейской общины от внешнего влияния.

Кагал — это бдительное око еврейского народа — неусыпно следит за национальными интересами иудейства и, в силу своей власти, берет на себя защиту этих интересов путем ограждения всего того, что прямо или косвенно он считает опасным и вредным для иудейства. Согласно основному догмату иудейства, по которому человечество разделено на два враждебных между собою лагеря: на Богом избранного Израиля и на остальное отверженное им человечество, кагал, весьма понятно, видит в этом последнем своего естественного врага.

Мы уже знаем, как кагал относится к отдельной личности нееврея и к его имуществу; теперь нам предстоит выяснить вопрос о том, как относится кагал к иноверческой власти и к ее распоряжениям относительно евреев.

Относительно всех вообще распоряжений иноверческой власти кагал выработал свой особенный, национальный критерий, по которому все распоряжения иноверческого правительства могут быть или безразличны, или небезразличны для иудейства. Само собою разумеется, что если эти распоряжения, по его мнению, безразличны, т. е. ни полезны, ни вредны для иудейства, тогда он относится к ним совершенно пассивно и индифферентно. Затем остаются акты правительственной власти уже не безразличные с точки зрения кагала. Было бы излишне выяснять здесь образ действий кагала при таких распоряжениях иноверческой власти, инсценировать которые удалось самим же евреям чрез прикомандированных к учреждениям и властям разным ученым и неученым евреям; гораздо более любопытным представляется образ действий кагала в тех случаях, когда какое-либо самостоятельное распоряжение иноверческого правительства угрожает целости и неприкосновенности кагало-бетдинской республики.

Само собою разумеется, что об открытом сопротивлении в подобных случаях иноверческому правительству кагал и не помышляет, но вместе с тем 2.000-летняя история еврейской общины служит наглядным для него указанием, что не следует падать духом, что и негласная борьба приносит вполне желанные результаты, что и при подпольном образе действий возможно вполне оградить неприкосновенность и целость иудейства. Благодаря подобным удачным маневрам его представителей, Иудейское царство до сих пор не погибло и всегда выходило победителем даже при самых серьезных столкновениях с иноверческой властью в тех странах, где Богу угодно было поселить им избранный народ.

Вот этой системы скрытого противодействия, санкционированной и оправданной всею историей народа израильского, придерживается кагал и до сих пор.

Не подлежит сомнению, что успех борьбы зависит тут от точности и своевременности тех сведений, которые имеются у кагала относительно могущих произойти распоряжений центрального или местного правительства.

В этом отношении, надо отдать справедливость, кагал всегда находился и ныне находится на высоте своего призвания, повсюду имея самых деятельных, самых бдительных и самых исправных агентов.

Агент кагала, которому поручено следить за делами евреев во всех административных учреждениях в местности, — это еврейский фактор.