Читаем Книга шифров .Тайная история шифров и их расшифровки полностью

Племя навахо — это единственное племя в Соединенных Штатах, которое не осаждали немецкие студенты в последние двадцать лет. Эти немцы, изучавшие различные племенные диалекты под видом молодых художников, антропологов и т. п., без сомнения, хорошо овладели диалектами всех племен, за исключением племени навахо. По этой причине навахо является единственным племенем, способным обеспечить полную безопасность для рассматриваемого вида деятельности. Следует также указать, что диалект племени навахо совершенно непонятен для всех других племен и для всех других людей, за исключением 28 американцев, которые специализировались в этом диалекте. Данный диалект эквивалентен секретному коду для противника и превосходно подходит для обеспечения быстрой секретной связи.

Ко времени вступления Америки во Вторую мировую войну индейцы навахо жили в суровых условиях и считались низшими, второсортными людьми. И все же совет племен навахо поддержал деятельность правительства и объявил о своей лояльности: «Нет больших патриотов, чем коренные американцы». Индейцы навахо так стремились воевать, что некоторые из них лгали о своем возрасте или, чтобы набрать минимальный необходимый вес 55 кг, поедали бананы гроздьями и выпивали огромные количества воды. Не возникало также никаких сложностей в поиске подходящих кандидатов, которые бы пожелали служить в качестве радистов.

Через четыре месяца после бомбардировки Перл Харбора 29 индейцев навахо, — некоторым из них было всего лишь пятнадцать лет, — приступили к обучению на восьминедельных курсах связи с морскими пехотинцами.

Но до начала обучения в корпусе морской пехоты следовало преодолеть затруднение, связанное с языком коренных американцев. В северной Франции во время Первой мировой войны капитан Е.В. Хорнер из батальона D 141-го пехотного полка приказал использовать в качестве радистов восемь мужчин из племени чокто. Ясно, что никто из противников не понимал их языка, поэтому язык чокто обеспечивал безопасную связь. Однако этой системе шифрования был присущ принципиальный недостаток, поскольку в языке чокто не было эквивалентов, используемых в армейском жаргоне. Так что конкретный технический термин в сообщении при переводе на языке чокто мог выражаться расплывчатой фразой, в результате чего существовала опасность, что получатель неправильно его поймет.

Эта же проблема могла возникнуть и с языком индейцев навахо, но в корпусе морской пехоты планировали создать словарь из выражений и слов, используемых индейцами, для замены ими не имеющих аналогов в языке навахо английских слов, устранив тем самым любые неопределенности и неясности. Его помогли составить курсанты, стремясь для обозначения специальных военных терминов выбирать слова, которые применяются для описания окружающего мира. Так, для обозначения самолетов использовались названия птиц, а для кораблей — рыб (таблица 11). Командиры стали «военными вождями», взводы — «черными людьми», фортификационные сооружения превратились в «жилье-в-пещере», а минометы были известны как «ружья-которые-сидят-на-корточках».

Таблица 11 Слова из кода, которыми пользовались навахо для обозначения самолетов и кораблей.

Даже несмотря на то, что полный словарь состоял из 274 слов, по-прежнему оставалась проблема с переводом слов, появления которых сложно предвидеть заранее, а также имен людей и названий мест. Решение заключалось в том, чтобы в случае, если встретятся слова, представляющие затруднение, произносить их по буквам, для чего использовать закодированный фонетический алфавит. К примеру, слово «Pacific (Тихий океан)» будет произноситься как «pig, ant, cat, ice, fox, ice, cat (свинья, муравей, кот, лед, лиса, лед, кот)», а далее это будет переведено на язык навахо как bi-sodih, wol-la-chee, moasi, tkin, ma-e, tkin, moasi. Полный алфавит навахо приведен в таблице 12. За восемь недель курсанты заучили весь словарь и алфавит, так что отпала необходимость в шифровальных книгах, которые бы могли попасть в руки противника.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черты будущего
Черты будущего

2000 год — освоение планет, создание «кибернетических» организмов, передача энергии без проводов; 2050 год — исследование межзвездного пространства, управление гравитационными силами, контакты с внеземными цивилизациями, управление наследственностью, управление погодой; 2100 год — межзвездные полеты и встречи с внеземными цивилизациями, управление климатом, искусственное воссоздание жизни, победа над смертью — такие захватывающие перспективы на ближайшие сто пятьдесят лет рисует в своей книге известный английский ученый, писатель-фантаст и популяризатор Артур Кларк. Страстный пропагандист науки и опытный художник слова, Кларк увлекает читателя в интереснейшее путешествие по будущему и показывает, что могуществу человеческого разума нет границ.

Артур Чарльз Кларк

Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Российские университеты XVIII – первой половины XIX века в контексте университетской истории Европы
Российские университеты XVIII – первой половины XIX века в контексте университетской истории Европы

Как появились университеты в России? Как соотносится их развитие на начальном этапе с общей историей европейских университетов? Книга дает ответы на поставленные вопросы, опираясь на новые архивные источники и концепции современной историографии. История отечественных университетов впервые включена автором в общеевропейский процесс распространения различных, стадиально сменяющих друг друга форм: от средневековой («доклассической») автономной корпорации профессоров и студентов до «классического» исследовательского университета как государственного учреждения. В книге прослежены конкретные контакты, в особенности, между российскими и немецкими университетами, а также общность лежавших в их основе теоретических моделей и связанной с ними государственной политики. Дискуссии, возникавшие тогда между общественными деятелями о применимости европейского опыта для реформирования университетской системы России, сохраняют свою актуальность до сегодняшнего дня.Для историков, преподавателей, студентов и широкого круга читателей, интересующихся историей университетов.

Андрей Юрьевич Андреев

История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука