Книга величиной в жизнь. Связка историко-философических очерков

Петр Скарга родился 2 февраля 1536 года к северу от Груец, в небольшом фольварке Повенщизна (также известное как Скарговщизна или Скаргово). Его семью часто описывают как малоземельную шляхту, но скорее большинство его предков являлись сначала крестьянами, а затем горожанами, которые не так давно стали мелкой знатью. Он вырос в семейном имении и потерял родителей, когда был молод; его мать умерла, когда ему было восемь лет, а его отец, Михал Скарга, четыре года спустя. После этого его поддержали братья, один из которых, Станислав Скарга, был римско-католическим священником. Петр начал свое образование в церковно-приходской школе в Груец, а затем переехал в Краков, где в 1552 году поступил в Краковскую академию, предшественницу Ягеллонского университета, где окончил курс обучения в 1555 году. Затем в течение двух лет служил ректором коллегиальной школы Святого Иоанна в Варшаве. С октября 1557 года стал наставником Яна Тенчинского, сына магната Анджея Тенчинского, и посетил Вену со своим учеником, где, вероятно, и познакомился с Обществом Иисуса. Напомним, что в ту пору Польша оказалась одной из главных арен борьбы между набиравшим силу протестантизмом в его крайних проявлениях, в том числе социнианстве, и Контрреформацией Римско-католической церкви. С 1562 года он диакон в Рогатине, а к 1564 году уже римско-католический священник. С 1566 по 1567 гг. служит капелланом при дворе каштеляна Яна Кшиштофа Тарновского (секретаря короля Сигизмунда II Августа); после смерти Тарновского Петр Скарга остается во Львове в статусе проповедника Львовского римско-католического кафедрального собора. В 1568 он совершает паломничество в Рим, где в 1569 году и присоединяется к Обществу Иисуса. С 1571 года он служит иезуитским проповедником в Пултуске, Львове, Ярославе, Варшава (где произнес проповедь перед Сеймом) и Плоцке: здесь он посещает двор королевы Анны Ягеллонки, ставшей одной из его покровительниц. В 1571 году в Вильно свирепствовало страшное моровое поветрие. Все, кто могли, бежали из города; уехал и епископ, разъехались и все почти ксендзы; по воспоминаниям польского писателя Кшиштофа Варшевицкого, тогда в городе остались Петр Скарга с несколькими иезуитами, которые по-прежнему совершали богослужения, говорили проповеди, посещали и утешали больных, помогали бедным, ухаживали за умирающими, напутствовали их своей молитвой, исповедовали и приобщали таинств. Некоторые из братии обходили окрестные села и деревни и всюду, где можно, приносили помощь и утешение. Несколько иезуитов заразилось от больных и умерло; но ревность остальных не уменьшилась. Эти истинно христианские подвиги, конечно, возбуждали в местном населении горячую признательность и расположение к иезуитам. Старались они блеснуть, где надо было, и своим христианским смирением. Рассказывают, например, такой любопытный случай. Один ярый кальвинист из придворных виленского воеводы Николая Радзивилла встретил Скаргу на улице, накинулся на него с ругательствами, прижал его своим конем к стене и даже ударил по голове саблей. Иезуит вовсе и не оборонялся, а только смиренно поклонился и пошел своей дорогой. Несколько лиц, видевших это происшествие, тотчас же разнесли молву о нем по всему городу. Епископ хотел предать виновного суду, но Скарга упросил оставить это дело. На другой день воевода прислал к нему обидчика просить прощения; Скарга принял оскорбителя приветливо, кротко побеседовал с ним и совершенно простил его. Такое смирение Скарги, конечно, произвело на всех глубокое впечатление, и тогда же несколько десятков иноверцев и между ними один протестантский пастор обратились снова в римско-католическую веру.

Портрет кардинала Виссариона Никейского, воспитателя великой московской княгини Софии (Анны) Палеолог, сторонника унии католической и православной церкви