Кое-что по секрету

Поле было не по себе после признания отца. Она расстроилась из-за него, из-за этой Фрэнки, честно говоря, из-за всего мира, сыгравшего с ней такую шутку. Но достаточно было посмотреть на эту младшую сестру на том фото, где она выглядела почти испуганной. Это не было лицо разрушительницы семьи, которая явилась, чтобы доставить всем неприятности, вовсе нет. Фрэнки выглядела так, будто она стояла и думала: Вот дерьмо.

И в эту минуту Пола вспомнила о видео. Племяннику фотографа было двадцать один год, он только что окончил колледж и явно имел творческие способности, потому что мини-фильм с лучшими моментами получился на уровне голливудского трейлера. Вот подняли транспарант, вот привезли торт. Украсили зал цветами и расставили блюда на буфете. Вот появились Джини и Гарри, счастливые и возбужденные, и увидели баннер с золотой фольгой, красиво украшенный зал. А вот и гости, объятия и рукопожатия, радостные возгласы. Короткие отрывки из поздравлений, несколько танцев – боже, вы только посмотрите на тетю Пен, что она вытворяет? – а потом… Пола остановила фильм. В этом кадре снова была Фрэнки на краю танцпола. Она нервничала, большие темные глаза оглядывали зал.

Пола нажала на паузу, посмотрела снова. Этот кадр был еще интереснее, потому что на заднем плане появился ее отец с очень странным выражением лица, как будто Фрэнки явилась из потустороннего мира. Он протянул к ней руки, его рот приоткрылся. Как такое возможно? – говорили его глаза. – Неужели это в самом деле ты?

Затем, почти мгновенно, в кадре появилась и Джини. Вы только посмотрите на нее, ощетинилась, словно обороняющаяся кошка, схватила Гарри за руку жестом собственницы и командирши. Она практически тащила его прочь. Одно мгновение можно было увидеть шокированное выражение на лице Фрэнки, ее отчаяние, но потом угол съемки снова сменился, и на этот раз камера остановилась на Банни и Дэйве. Они танцевали и смеялись, пока она пыталась научить его правильным па. Отмотать, посмотреть еще раз. Отмотать, посмотреть еще раз.

– Видишь? – сказала Пола Мэтту, показывая ему эти кадры. – Смотри! Это она. Это Фрэнки.

– Черт подери. – Он посмотрел на экран. – Она очень на тебя похожа.

– Я знаю. – Отмотать, посмотреть еще раз. Пола не могла оторваться от экрана. Перед ней была мини-сага, разыгранная в нескольких коротких кадрах: надежда, узнавание, неприятие. Вернуться назад, посмотреть еще раз. Ее сестра.

Мэтт подошел к холодильнику и, потеряв надежду, заглянул в него.

– Что ты планировала на ужин? – спросил он. – Я обещал Гэйву, что мы встретимся в пабе в семь тридцать. Хочешь, чтобы я начал что-то чистить? Или что-то порезал? Может, заглянуть в меню навынос?

После рабочего дня Мэтт всегда был голоден как волк. И голоден еще больше, если ему удавалось поплавать. Вспомнив об этом, Пола как будто разорвала волшебные чары и наконец оторвалась от экрана.

– Ах да… Прости. Гм. – Она собиралась запечь филе морского окуня с лимоном и черным перцем, нажарить противень миниатюрной картошки «Джерси Роялс» и подать все это с зеленым салатом и помидорами с чесноком. Понятно, что она ничего из этого не приготовила. – Как, по-твоему, это баловство – заказать еду навынос в понедельник вечером?

– Ни в коем случае. – Мэтт был сговорчив, как всегда. – Я иду в закусочную. Ребята! – крикнул он, выходя из комнаты. – Что вам принести из закусочной?

Пола снова осталась наедине с ноутбуком. На экране остановился снимок ее сестры. Ее сестры. Внезапно Фрэнки стала для Полы реальной, перестала быть угрожающей тенью. Это была женщина с застенчивой улыбкой и вопросительным, полным надежды взглядом. После празднования золотой свадьбы прошло больше недели, но, насколько было известно Поле, Фрэнки не предприняла еще одной попытки выйти на связь с Мортимерами. Неужели Джини отпугнула ее? Неужели у Полы от новообретенной сестры останется только эта минута на видео? Она внезапно поняла, к немалому своему удивлению, что хочет большего.

Хлопнула входная дверь, когда Мэтт ушел в закусочную, и пальцы Полы запорхали по клавиатуре. Она писала короткое письмо братьям. Она напечатала: