Коллекционер жизней. Джорджо Вазари и изобретение искусства

Сняв с Алессандро Медичи вину за убийство кардинала Ипполито, Карл V выполнил обещание относительно брака своей дочери Маргариты и создал стратегический альянс двух династий. И хотя Алессандро, наверное, предпочел бы свою сводную сестру Екатерину, жениться на Маргарите было мудрым тактическим ходом. Саму свадьбу сыграли в Неаполе. Как часто делали в таких случаях, церемонию провели с заместителями, сама невеста должна была приехать во Флоренцию не раньше мая. Она уже встречалась с Алессандро, посетив Флоренцию в 1533 году. Обычно семья невесты давала за ней приданое, это было частью договора. Но в том исключительном случае жених заплатил своему тестю сто двадцать тысяч золотых скуди за честь жениться на дочери Габсбурга, пусть и незаконнорожденной[163]. Эта сумма равнялась годовому бюджету таких городов, как Венеция или Флоренция, но император Священной Римской империи растратил эти золотые горы на серию новых войн.

Карл V любил мир, но за годы своего правления редко его видел. Страдающий эпилепсией, искалеченный подагрой, которая обострялась от питания одним красным мясом, он жил в дороге, в седле. У него не было дома, пока он не удалился в конце жизни в один из испанских монастырей. Уследить за всеми своими землями, которые протянулись до Нового Света, император мог, только если постоянно перемещался с места на место. Его родным языком был французский, но он запросто говорил на четырех языках. Ему часто приписывали (не совсем точно) фразу: «Я говорю на испанском с Богом, на итальянском — с женщинами, на французском — с мужчинами и на немецком — с моим конем»[164].

Пока Карл улаживал дела в Неаполе, король Франции Франциск I отправился в Северную Италию в надежде захватить Милан. Медленно, что неизбежно с такой большой армией, Карл двинулся туда же навстречу своему давнему противнику. Пятого апреля он остановился в Риме, чтобы навестить своего верного союзника Павла III. Император Священной Римской империи надеялся дойти до Флоренции к концу месяца. Там своего политического спасителя готов был радушно принять послушный зять. Когда Карл подошел к городу, герцог Алессандро преобразил Флоренцию с помощью искусных временных декораций. Как и шесть лет назад в Болонье, Вазари готовился создавать недолговечные чудеса из дерева, гипса и расписанной ткани. В этот раз он не был одним из рядовых ремесленников. Двадцатипятилетний Вазари, недавно принятый в цех художников, был назначен главным художественным советником всего предприятия. Такая невероятная честь вызывала сильную зависть его коллег. Во флорентийском искусстве при любом правителе царила безжалостная конкуренция. Но герцогские дворы в Италии, где всё зависело от прихоти монарха, вытаскивали на свет самые дурные качества людей, в том числе герцогов.

Апрель 1536 года был важной точкой в карьере Вазари. Он дважды пишет об этом в «Жизнеописаниях»: один раз в связи со скульптором Никколо Триболо, который создал в честь прибытия Карла четыре статуи, и более подробно в автобиографии. Вазари рассказывает, что начал учиться архитектуре, как и живописи, с обычным для него прилежанием. Свойственное ему сочетание любопытства, трудолюбия и внимания к интересам заказчика, теперь ставшее очевидным, сослужит ему добрую службу на протяжении всей карьеры. Даже если Вазари и не был лучшим художником, он явно был тем, на кого можно положиться. А для многих заказов, особенно срочных, надежность означала не меньше, а иногда и больше, чем талант: