Колыбель предков

Лики, между тем, продолжал изучать череп и с каждым днем все больше убеждался в его особой близости человеку. Коренные и предкоренные зубы зинджа, превосходившие по размерам человеческие в два раза, обладали особенностями строения, характерными для Homo. Плоские, с такими же, как у человека, складками обширной жевательной поверхности, они показывали, что, зинджантроп вегетарианец. Он питался грубой растительной пищей. Но иное раскрывали резцы и клыки, с помощью которых пища режется и раздирается на куски. Эти зубы оказались небольшими при сравнении их с коренными, и Лики оценил такой факт как весьма примечательный. Дело в том, что, судя по найденным рядом с черепом зинджантропа расколотым костям небольших животных — молодых особей двух разновидностей свиней и антилопы, а также остаткам птиц, насекомоядных, крыс, мышей, землероек, черепах, рыб, земноводных и пресмыкающихся, в том числе змей, ящериц и крокодилов, олдовэец питался не столько растительной пищей, сколько мясной. Как мог он в таком случае управиться с разделыванием туш животных, если его естественное орудие — резцы и клыки — так мало и не отличается мощью? Лики по собственному опыту знал, что содрать зубами шкурку даже с зайца невозможно. Следовательно, зинджантроп пользовался при охоте и разделывании убитых животных искусственно изготовленными орудиями — сечковидными чопперами и чоппипгами. Действительно, девять таких грубых галечных инструментов с неровным зубчатым режущим краем, предельно примитивные, но бесспорно целенаправленные и обдуманно обработанные, отбойник из гальки, а также 176 архаических отщепов лежали между раздробленными костями животных невдалеке от черепа зинджантропа. Примечательно, что ближайшие местонахождения сырья, из которого изготовлялись орудия, — в четырех и девятнадцати милях от стойбища.

Разве использование искусственно обработанных орудий не первый и главный признак, отличающий человека от других представителей животного мира, в том числе и близко родственных ему антропоидов? Не следует забывать, что даже самые из высокоорганизованных австралопитековых Южной Африки, открытых Раймондом Дартом, Робертом Брумом и Джоном Робинзоном, не «додумались» до намеренной отделки инструментов, вследствие чего их невозможно включить в род Homo. А здесь, в Олдовэе, не только зинджантроп, но и его предшественник, такое же, как и он, обезьянообразное существо, умели обрабатывать камни: в нижерасположенных горизонтах слоя вместе с черепом встречались орудия. По древности они соответствовали лишь инструментам, открытым Лики в тех же по возрасту отложениях местонахождения Канам Вест. Существо типа зинджантропа недаром перешло к изготовлению и использованию орудий, Лики был убежден, что переход на мясную диету и умение оббивать камни — явления, тесно взаимосвязанные. Вот почему его заинтересовали небольшие по размерам клыки и резцы зинджантропа. Слабость их предполагала вооруженность искусственно изготовленными орудиями, и Лики не ошибся, предсказывая их открытие на становище зинджантропа.

Зинджантроп — недостающее звено, человек? Не увлекается ли Лики?

— А что такое, в сущности, человек? — спрашивал в свою очередь Лики и отвечал так: — Мне нравится определение, которое дал человеку почти 200 лет назад Бенджамин Франклин: «Человек — это животное, делающее орудие». То же говорил в 1883 году Томас Карлайх: «Без орудий человек — ничто». Для меня человек — это не просто существо, освоившее прямохождение, имеющее определенный объем мозговой коробки и умеющее разговаривать. Настоящий человек должен обладать определенным уровнем умственных способностей, чтобы изготовить орудия. Ключ лежит в способности делать орудия, которые отличаются от заостренных палок или острых камней, которые лежат под рукой в готовом виде.

Только то существо, которое думает о заострении сырого материала природы, о придании ему правильной формы, удовлетворяющей его потребности, можно считать самым древним человеком…