Команда

— Это точно, — ухмыльнулся аристократ.

— Уничтожать, как я уже сказал, любого, кто попытается выйти. В оцепление всех лучников что есть, и прикрытие. На дорогах тяжеловооруженных ребят, в основном из Хартии.

— Шо, як я понимамши жертв не буде? — ехидно проговорил Ларс.

— Поменьше на порядок, — в тон ему ответил Клоун.

Сэм Романов с полуулыбкой оглядел обоих. Глава Лиги Наемников и предводитель Вольной Хартии являлись конкурентами в вопросах войны по найму. Однако его деньги заставили их работать вместе. Правда ни Ларс, ни Клоун не собирались забывать о соперничестве. Для этого не хватило бы и всего золота Тулугры, а там подобного добра хватало. Сэму больше нравился слегка развязный Клоун, главарь Лиги, чем Ларс, который походил скорее на медведя, а не на человека. Однако у него не было выбора — в Лиге бойцов было не так уж и много, но они брали профессионализмом, а численность Хартии хоть и велика, но в ущерб умению. Для операции же потребовались обе группировки. Сэм считал, что его имя внесут в летописи, так как никогда еще ни одну из этих организаций не нанимали целиком, а уж тем более обе сразу.

— А шоб вам гореть! — махнул рукой Ларс, и посмотрел на Романова. -Барин, шо хошь, то делай. Только за убиенных деньгу выплати.

— Это точно, тут я согласен, — неприятно ухмыльнулся Клоун.

— Все по договору…

Сэм слегка кивнул переглянувшимся соперникам и вышел из шатра. Остановившись, он запрокинул голову и посмотрел наверх, где сквозь кроны деревьев едва виднелось затягивающееся тучами небо, и лишь угадывались очертания гряды, по которой проходил тракт, соединяющий Новрог и проклятый Вибор.

Пару минут так постояв, Романов направился к своему шатру. Лавируя среди множества мастерски собранных костров, от которых практически не шел дым, Сэм недовольно хмурился, слушая брань греющихся наемников. Его уши не привыкли к таким словам и категорически отказывались нормально воспринимать подобную лексику. Однако цель превыше всего. Гораздо важнее любых возможных неудобств…

* * *

Утро оказалось солнечным, от земли исходил едва заметный парок, и открывший глаза путник на миг залюбовался этой картиной. Однако удовольствие от зрелища было сметено омерзительным ощущением сырости. Промокшая одежда дала о себе знать, стоило человеку пошевелиться. Сквозь зубы вырвалось ругательство и осквернило собой шум утреннего леса. Однако птицы не смолкли, и ветер не перестал шебуршать листвой, до сих пор орошающей землю влагой.

— Хоть что-то приятное в этом проклятом мире, — процедил человек и поднялся на ноги, передернувшись от омерзения. Со злостью сорвав с себя изрядно промокший плащ, путник в порыве гнева бросил его на землю и вновь выругался:

— Эльфийский, твою мать, непромокаемый, тьфу ты, демоны вас разбери!

Вложив в эти слова весь накопившийся яд, мужчина почувствовал, как с души свалился камень. Оставив плащ на земле, странник развязал котомку, тоже промокшую насквозь, и перекусил отсыревшим хлебом. Во время сего действия путник вслушивался в шум леса и чувствовал, как внутри разбухает маленький комок, заполняя все его существо. Комок, под названием счастье. Странник обожал леса, обожал их природную красоту, обожал все, что было с ними связано. Кроме разумных существ. Их он в таких местах не переваривал.

Взобравшись на гряду и вновь ступив на дорогу, он поежился, прочувствовав неожиданный порыв ветра, и заспешил к городу. Когда расстояние между странником и стенами Вибора сократилось до полета стрелы, он остановился, внимательно разглядывая крупную каменную кладку и проем запертых ворот. Затем, прищурившись, провел взглядом по рядам бойниц, догадываясь, а точнее физически ощущая, что в него целится минимум десяток лучников, и как минимум десяток стрел сорвутся в гудящий полет, если он сделает еще один шаг.

Выудив из-за пазухи промокшее письмо, он помахал им над головой.

— Приглашение от Ай-Дулона, — крикнул путник, прекрасно понимая, что его вряд ли услышат.

Минут через десять с грохотом поднялись ворота, и из Вибора выехало несколько всадников. Когда они приблизились, человек, как заклинание повторил:

— Приглашение от Ай-Дулона.

Один из Алых, эльф с утонченными чертами лица, обычными для этого племени, протянул руку. Остальные всадники, даже не глядя на путника, с безучастным видом осматривали окрестности.

— Давай сюда, — почти пропел эльф.

Человек, протянув конверт, с большим трудом оторвал взгляд от алых глаз воина. Этим-то Алые и отличались внешне от сородичей — цветом радужной оболочки. Несколько демонично, но очень эффектно.