Комедия книги

Так что барон со своим запросом заведомо стучался не в ту дверь. На подобные наивные фальсификации не стоит тратить и слов. Нынешнего читателя интересует скорее вопрос: каким образом барону удалось вводить свидетелей в заблуждение? Максимилиан Перти в своей книге (Die mystischen Erscheinungen der menschlichen Natur. (Leipzig und Heidelberg, 1872), посвященной всякого рода оккультным явлениям, объясняет загадку тем, что речь здесь идет о магических силах: молодая баронесса якобы заставляла появляться буквы на бумаге с помощью своих способностей медиума. Я бы предпочел искать объяснение в другом. Могло ли вообще быть, что буквы сами выступали на бумаге? Спиритизм, как правило, состоит в близком родстве с иллюзионизмом, с фокусами; кто знает, какими приемами баронесса воздействовала на верящих ей, более того -- желающих верить ей зрителей (Одного из них книга упоминает под именем -- в немецком написании -- Shakovszky и рекомендует как главу московских дворян. Кто-то из читателей моего экземпляра еще в прошлом веке исправил на полях это имя так: Shafkopfsky)? В дополнение вот еще что. В 80-х годах прошлого века круги спиритов облетела весть о сенсационном оккультном феномене. Сначала о нем, опираясь на рассказ очевидца, писал Роберт Дейл Оуэн, известный американский публицист и спирит; затем то же явление было подробно описано в книге А. Н. Аксакова "Animismus und Spiritismus", вышедшей на немецком языке. Место действия: пансион благородных девиц в окрестностях Риги. Сюда принимали барышень из знатных семей; в пансионе их содержалось сорок две. В 1842 году дирекция взяла в пансион воспитательницу-француженку по имени Эмили Саже. Тридцатидвухлетняя красивая дама обладала блестящими способностями, дело свое выполняла безупречно, все ее любили и уважали. Но вот вокруг нее стали происходить странные вещи. Из больших окон классной комнаты воспитанницы могли видеть сад, где мадемуазель Эмили как раз пропалывала клумбу и ухаживала за цветами. И в то же время она появилась в классной комнате, в кресле для классной дамы, молчаливая и неподвижная. Девушки оцепенели от испуга. Две воспитанницы посмелее приблизились к креслу и коснулись странной фигуры, второй экземпляр которой прилежно трудился в саду. Пальцы их прошли сквозь бесплотную фигуру, как сквозь воздух. Мадемуазель Эмили являлась в двух экземплярах еще много раз на протяжении целых полутора лет. Об этом узнала дирекция; но выдать расчет старательной и умной француженке, хорошей воспитательнице, долго никто не решался. В конце концов это все же вынуждены были сделать: слухи о странном явлении дошли до родителей, и те стали забирать своих дочерей из заведения, так что пансион едва не прогорел. Эмили со слезами жаловалась очевидцу, что это уже девятнадцатое место, откуда ее увольняют из-за необычной ее способности. Затем она куда-то уехала; очевидец больше никогда не слышал о ней. Ради полноты истины писатель мог бы обратиться за справками в дирекцию пансиона, который тогда еще существовал; однако он счел это излишним: настолько верил он в правдивость очевидца.

Я должен, наконец, сказать, кто же был этот очевидец. Точнее, очевидица.

Ею была баронесса Юлия Гольденштуббе, которая в тринадцатилетнем возрасте воспитывалась в том самом пансионе, а в 1856 году, во время проведения вместе с братом знаменитых спиритических сеансов, рассказала эту историю Роберту Дейлу Оуэну. Кто же после этого может сомневаться в правдивости ее слов! Предыдущая глава | Содержание | Следующая глава

ЛИТЕРАТУРА О ВАМПИРАХ

* ЛИТЕРАТУРА О ВАМПИРАХ