Комментарии к "Петербургским повестям" Н.В.Гоголя (СИ)

Замешательство и растерянность, которые приближают кульминацию.

Чертокуцкий, вытаращив глаза, минуту лежал на постеле как громом пораженный. Наконец вскочил он в одной рубашке с постели, позабывши, что это вовсе неприлично.

Попытка преодолеть неловкость еще более неловкими действиями, которые усугубляют ситуацию. Такое развитие сюжета весьма характерно для сновидения.

Сказавши это, он схватил наскоро халат и побежал спрятаться в экипажный сарай, полагая там положение свое совершенно безопасным.

Чувство неловкости усиливается от того, что герой не одет приличным образом. Частый мотив сновидений.

"А вот это будет лучше", - мелькнуло в его голове, и он в одну минуту отбросил ступени близ стоявшей коляски, вскочил туда, закрыл за собою дверцы, для большей безопасности закрылся фартуком и кожею и притих совершенно, согнувшись в своем халате.

Последовательность действий Чертокуцкого невероятна для человека в обычном состоянии здравого рассудка.

И глазам офицеров предстал Чертокуцкий, сидящий в халате и согнувшийся необыкновенным образом.

Финал-кульминация с наиболее сильными переживаниями неловкости. Интересно, что в повести отсутствует развязка - рассказчик освобождает читателя от дальнейших переживаний Чертокуцкого, что соответствует пробуждению героя с чувством облегчения, что был всего лишь сон.

Рим (Отрывки).

Повесть представляет собой отсылку к "Евгению Онегину" и провокацию от первого до последнего слова. Мишень провокации - невежественные литературоведы, лишенные слуха и невнимательные читатели. В повести снова пародийно обыгрывается тема профанации литературы. Фабула целиком и без каких-либо изменений взята из первых глав "Евгения Онегина". Молодой аристократ живет в одной из европейских столиц, проводя время в свое удовольствие. Такое занятие ему наскучивает и он начинает испытывать хандру. Тут приходит известие о смерти дяди и герой отправляется принимать наследство. Он производит некоторые реформы в управлении доставшемся ему имуществом и встречает девушку Аннунциату, которая, по намекам автора, скоро станет одним из главных действующих лиц повествования.

Еще лучше любил он оглянуть эти поля с террасы которой-нибудь из вилл Фраскати или Альбано, в часы захождения солнца. Тогда они казались необозримым морем, сиявшим и возносившимся из темных перил террасы; отлогости и линии исчезали в обнявшем их свете. Сначала они еще казались зеленоватыми, и по ним еще виднелись там и там разбросанные гробницы и арки, потом они сквозили уже светлой желтизною в радужных оттенках света, едва выказывая древние остатки, и, наконец, становились пурпурней и пурпурней, поглощая в себе и самый безмерный купол и сливаясь в один густой малиновый цвет, и одна только сверкающая вдали золотая полоса моря отделяла их от пурпурного, так же как и они, горизонта.

Рассказчик отвлекает внимание читателя от фабулы, пользуясь приемом Пушкина - рисует яркую, цветную картинку. Здесь он явно не скупится на краски.

Хельсинки - Весилахти

24 июля 2017