Компьютерра PDA 07.08.2010-13.08.2010

Так что, даже говоря о природных процессах, мы приходим к истории людей. Греческое слово история – исследование и повествование об узнанном, – у нас бытует в двух значениях. И сами деяния мужей былых времен, то, что латиняне звали res gestae; и то, как они описаны – historia rerum gestarum, история как наука. Наверное, стоит упомянуть, что почитаемая с эллинистических времен (когда демократия полисов рухнула под натиском царских фаланг) музой истории дочь правящего божества Зевса и богини памяти Мнемосины Клио первоначально была "той, кто прославляет". Именно этим и грешили всю историю историки, вплоть до самых именитых, варьируя прославляемых в зависимости от собственных вкусов и "социального заказа". Появление теорий, которые должны были объяснить ход исторического процесса, ситуацию не улучшило – просто факты стали подгоняться под теории, а если они в них не укладывались, тем хуже было фактам. И не только в рамках некогда популярной у нас марксистско-ленинской теории – и сегодня, выполнив, скажем, исследование о преступлениях ненависти совершенных тем или иным меньшинством, учёный имеет прекрасные шансы вылететь из западного вуза.

Положение, может быть, улучшится в связи с нынешним развитием информационных технологий. Библиотеки и архивы хранят массу источников. И не только нарративов, повествований, выполненных, как правило, с целью подольститься к сильному, опорочить соперника и оправдать себя, любимого – а ведь и "Анабазис" Ксенофонта и "Записки..." Цезаря относятся к данному жанру. В Европе хранится и масса актуарных документов. Записей о крещении и отпевании. О покупке и продаже домов и земель. О вступлении в наследство и о банкротствах. Ткань истории, – истории в смысле деяний людей, – сплетенная самими участниками событий. Ну, может быть, при участии патера или нотариуса – большая часть население Европы Средних Веков (в отличие от наших северных республик – Новгорода и Пскова) было неграмотно. Или даже мытаря – таможенные записи могут рассказать нам об экономическом развитии и повседневной жизни (великий Чосер служил таможенником); из документов черноморских факторий итальянских торговых городов вытаскивают интересные данные о подробностях борьбы Москвы с Золотой Ордой, о масштабах угона в рабство русского населения...

Стандартным оборудованием любого европейского архива сегодня является сканер. Практически любой документ может быть отсканирован по заказу исследователя и передан ему в электронном виде. Тут конечно возникает соблазн сохранить самую интересную информацию для себя, но, скорее всего, можно постулировать, что с тем или иным временным лагом любой документ, представленный в электронном виде, просочится в бесплатный доступ в Сети. Если уж Wikileaks публикует совсекретные бумаги самого богатого военного ведомства – то что уж говорить о военных преступлениях Средних веков и аферах дельцов Нового времени. А ещё и государства цифруют свои архивы. И при минимальном внимании со стороны общества – нужно всего-то объяснить тем, кто выделяет средства, свои или государственные на науку, – что обеспечение общедоступного доступа к оцифрованным на средства гранта источникам, должно стать такой же нормой как ношение чистой рубашки и употребление горячей воды и дезодоранта. (Масса интереснейших книг, доступных нам благодаря Google Books, – свидетельство реалистичности такого подхода).

Так что благодаря предоставленным технологией возможностям – крайне низкой стоимости оцифровки документа и хранения его в Сети, – через какое-то время подавляющая часть исторических источников окажется общедоступной. Отвлечёмся пока от проблем языка исходных документов – часть их сопровождается переводами; развиваются и системы машинного перевода (хотя автор этих строк предпочитает ограничиваться теми языками, которые может разобрать сам, хоть и с горем на три четверти...). Вопрос упорядочения этих гигантских массивов информации тоже оставим за скобками – можно предположить что старые добрые реляционные базы данных вполне в состоянии справиться с этим, упорядочив факты по месту, времени, персоналиям и чему-там-ещё... Но вот, – несмотря на все поисковые возможности Баз Данных, – есть очень важная проблема. Это проблема масштабов.

Слишком много лиц жило в прошлом. Слишком много процессов протекало в истории. Слишком велик массив данных о них. Да, постоянный рост ёмкостей массовой памяти дают возможность хранить их. Да, постоянное утолщение каналов связи обеспечивает доступ к ним. Да, постоянное ускорение процессоров дает возможность обрабатывать эти данные. Но станем ли мы лучше понимать минувшее?