Компьютерра PDA N148 (03.12.2011-09.12.2011)

Дмитрий Жуковский — Ну и, конечно, мы шифруем все хранимые данные. Если вы делаете бэкап, вам предлагается возможность шифрования. Коммуникации за пределами облака тоже шифруются, равно как и передача данных в самом ЦОД.

— И в бесплатной версии тоже?

Дмитрий Жуковский — По умолчанию ничего не шифруется — у вас есть такая возможность, но изначально она не активирована, так как криптографическое кодирование означает дополнительную нагрузку на центральный процессор.

— Как ещё в Acronis намерены нивелировать "человеческий фактор"?

Лоран Деденис — Непрерывно и на сто процентов копировать и восстанавливать данные. Причем снять образ диска — полдела, а вот корректно восстановить его куда важнее. Так что предоставить ПО для бэкапа и восстановления, которое всегда работает корректно и без сбоев, — первый критерий успеха. Второй — убедиться, что всё работает так быстро, как это возможно.

— А это вообще возможно (в рациональном плане) — моментальный и непрерывный процесс восстановления данных? Как быстро можно восстановить данные на сегодняшний момент?

Лоран Деденис — Вы понимаете, что всё зависит от объёма. Восстановление может длиться несколько минут. При больших объёмах у нас есть различные инструменты ускорения. Например, есть так называемое мгновенное восстановление, когда вы можете начать работать до окончания процесса восстановления данных — дать персоналу доступ в интернет и к электронной почте и тому подобное.

— А при работе с данными, как я понимаю, не имеет значения платформа, на которой запускается ваше ПО? Я могу делать бэкапы в любой операционной системе, включая ОС мобильных устройств?

Лоран Деденис — Совершенно верно.

— А как обстоят дела с платформами для дешёвых сотовых телефонов?

Дмитрий Жуковский — Если на них есть браузер, то по идее можно запускать некоторые продукты, имеющие веб-интерфейс. Например, vmProtect. Но обычно наши клиенты не восстанавливают данные с бюджетных сотовых телефонов, поэтому проверять мы не проверяли. Android, iOS — там всё работает.

— Кстати, ведь вам так или иначе приходится отвечать за данные, которые вы храните? За то, насколько легален пользовательский контент? К вам ведь могут обратиться правообладатели или представители силовых структур…

Дмитрий Жуковский — У нас есть базовое лицензионное соглашение с конечным пользователем, где обозначено, какой контент является нелегальным и что вообще подразумевается под понятием "нелегальный" — всё, что связано с нарушением авторского права, с порнографией и так далее. Так что если пользователь установил наше ПО и принял наше EULA, то он несёт ответственность в рамках подписанного соглашения. Что он на самом деле хранит у нас в ЦОД, мы не отслеживаем и знать не можем — в большинстве случаев данные зашифрованы. Однако юридически мы защищены.

Лоран Деденис — Ну и поскольку мы занимаемся защитой данных, у нас были случаи, когда силовые структуры разных стран — ФСБ, ФБР, ЦРУ и так далее — периодически запрашивали у нас доступ к данным, пробовали что-то выяснить. Мы к этому привыкли — такой уж у нас бизнес.

Голубятня: Недонцова 2011

Автор: Сергей Голубицкий

Опубликовано 09 декабря 2011 года

Есть в Москве книжная выставка, пользующаяся особой любовью у интеллигенции: называется Non Fiction, международная ярмарка интеллектуальной литературы. Или в народе — Недонцова.

Оба этих названия весьма показательны, потому что по ним легко составить групповой портрет потребителей (и организаторов). Люди эти, во-первых, сугубо гуманитарные: иностранное слово в названии — это вам не хухры-мухры по меркам любого мероприятия подобного масштаба. Во-вторых, люди эти сугубо серьезные, потому как сходу дают понять, что на на донцовых-тополей-незнанских не размениваются.