Компьютерра PDA N148 (03.12.2011-09.12.2011)

P.S. Во время беседы к нам подошёл один из посетителей CG Event и заметил, что в Голливуде сейчас разрабатывается вполне полномасштабный проект именно на Blender. Судя по всему, речь идёт о фильме Gemini Rising, который, согласно IMDB, должен будет выйти в прокат в марте 2012 года. На что-то, относящееся к категории "А", Gemini не похож.

Василий Щепетнёв: Доказательная литература

Автор: Василий Щепетнев

Опубликовано 08 декабря 2011 года

Иметь много книг мечтали независимо от образования, сословной принадлежности, пола или возраста. Из долгов, оставшихся за покойным Пушкиным, немало приходилось книгопродавцам: любил Александр Сергеевич приобретать печатную продукцию. И Горький устами своего героя заявлял, что вот если бы он был богатым, то накупил бы книг.

Демьян Бедный, переселившись в кремлёвскую квартиру, начал быстро собирать библиотеку, преимущественно из реквизированных у прежних владельцев изданий, и в том преуспел. На излете советской власти, в семидесятые-восьмидесятые годы книги были одним из самых желанных предметов народного потребления, обладающих особыми свойствами. Большая их часть, минуя прилавки, попадала перекупщикам, которые продавали их хорошо, если втридорога, а чаще - по цене десятикратной, тем самым внося свою лепту в коррупцию устоев социализма. Иными словами, ради желудей подрывали корни дуба.

И вот сегодня вековая мечта человека читающего сбылась если не в полной мере, то в половинной наверное. Тут тебе и книги в магазинах, и книги на развалах, а пуще того - книги в сетевых библиотеках. Некоторые сетевые библиотеки, представляющие свободный доступ к ряду изданий, прозваны пиратскими, но это - вопрос языка. Я предпочитаю считать их народными. Закон? А что закон? Закон есть воля правящего класса, оформленная юридическим способом. Меняется класс, меняется и закон, порой - радикально.

Вон, по Уголовному кодексу РСФСР от шестидесятого года покупка от двадцати пяти долларов США наказывалась лишением свободы на срок от трёх лет и выше (статья 88). А сегодня - покупай хоть на двадцать пять долларов, хоть на двадцать пять миллионов долларов, никто и слова не скажет. Переменили закон в интересах правящего класса. То ж и с народными библиотеками. Если правящему классу, этому ли, какому другому, вдруг понадобится, чтобы народ читал книги, издадут закон о том, что литература принадлежит народу, - и баста.

И не нужно пугать, что писатели дружно перестанут писать. Не перестанут. Государство найдёт способ заставить таланты взяться за перо, лаской ли, таской, а найдёт.

Не о том речь. Проблема заключается в следующем: доступность книг (а шире - информации во всех её проявлениях) за последние два-три века возросла многократно, возможность же чтения развитым индивидуумом (шире - возможность переработки и усвоения информации) осталась практически на прежнем уровне.

Налицо дисбаланс. Читатель поставлен в положение охотника, у которого один патрон на множество целей. Боязно пальнуть зря, в ерунду. В народные библиотеки еженедельно поступают сотни книг. Как угадать, которую выбрать? Неподходящая книга столь же вредна для душевного здоровья, как неподходящая пища для здоровья телесного. Можно отравиться как тухлой рыбой, так и тухлой литературой.

Если лечение пищевого отравления сегодня дело привычное и налаженное, поговаривают о стандартах и кое-каких гарантиях, то лечение отравления книжного представляет собой проблему весьма сложную.

Да и с лечением банальным тоже не всё ясно. Широкое применение принципов доказательной медицины показало, что многие лекарства таковыми не являются. Глотай некоторые пилюли, не глотай - на исход заболевания влияния это не окажет никакого. Покуда средство не проверено тройным слепым методом (то есть экспериментатор не знает, какого заключения ждёт оплативший исследование заказчик - положительного или отрицательного), это средство не лекарство.

Пусть есть приказ министра, пусть оно включено в различные перечни, пусть таблетки белые, круглые, с риской и упакованы достойно - всё равно не лекарство. По форме таблетки, а по содержанию - набор химических соединений с непредсказуемым действием или вовсе без такового.

С книгами дело обстоит намного хуже. Никто не проводит клинических испытаний ни в пробирке, ни на подопытных животных, ни даже на добровольцах. Кто-то написал, где-то отпечатали тираж, и - нате! Гигиенический сертификат означает лишь, что буквы в книге разборчивые, а типографская краска во время чтения не отравит. К содержанию произведения гигиенический сертификат отношения не имеет.

А хотелось бы, чтобы имел.

Вот и получается: страницы с буковками есть, переплёт есть, ISBN есть. То есть книга? Да, книга. Но литература или нет, узнать невозможно.