Кому мы обязаны «Афганом»?

И я растерялся, не знал, что сказать, как поступить. Ведь решение Центра уже было — ему нужно возвращаться домой на лечение. Выход из создавшегося положения помог мне найти только что прибывший из Джелалабада командир «Тибета». Он быстро включился в ситуацию, посоветовал мне не спешить с выполнением указания Центра, ведь там сказано «по возможности», а он, больной, сейчас не готов к далекому перелету. Командир «Тибета» предложил мне отправить больного к нему в команду, климат в той провинции мягкий, самое лучшее место в Афганистане, где он сможет достать для больного даже свежее молоко. Через одну-две недели больной поправится, а я за это время улажу его дальнейшую судьбу. Я согласился с этим предложением. А потом все решилось самым наилучшим образом».[5]

P.C. Лобачев, полковник, в 1980–1981 гг. руководил командой «Карпаты-1»:

«Операция «Бумеранг» была разработана нами, но проведена во взаимодействии с армейскими подразделениями.

Началось все с конфиденциальной встречи с неким Саттаром, которого мы считали главарем небольшой, но довольно мобильной и потому неуловимой банды. Нельзя сказать, что люди Саттара проявляли особую агрессивность или беспокоили наши воинские подразделения. Здесь Саттар активности не проявлял, но местные органы власти игнорировал полностью, чем наносил определенный ущерб стабилизации обстановки в районе кишлака и аэродрома Шиндандэ. На эту группу постоянно жаловались местные ХАДовцы.[6] Здравый смысл подсказывал, что настало время разобраться с Саттаром и решить, что же делать с ним, тем более что он постоянно вертелся в непосредственной близости от нашей «базы», а кишлаки в зоне его деятельности оказывались на путях выдвижения наших групп на оперативно-боевые задания. Таким образом, назрела необходимость определиться, что же нам обещают встречи с людьми Саттара.

Пусть останется оперативной тайной процесс проведения предварительных переговоров с Саттаром, но встреча с ним, в конце концов, состоялась. Он объяснил, что возглавляет группу вооруженных земляков, которые являются практически все родственниками. Никаких четких политических взглядов они не придерживаются. Они объединились, добыли оружие с единственной целью: обеспечить спокойную жизнь жителей нескольких кишлаков. Они не желают, чтобы в их жизнь вмешивались со своей политикой местные представители правительства, не говоря уже о блуждающих бандах криминального характера. К шурави у него нет претензий, к нашей команде — тем более. О существовании команды он знал уже давно, видел, что мы не каратели, что не обижаем местных жителей и т. д. Из уважения к нам и поверив нашим гарантиям, он согласился на эту встречу.

Встречу обставил, по его пониманию, по всем правилам военного искусства, чем и похвастал, указав мне на посты и засады вокруг места встречи. Каково же было его удивление и крушение иллюзий, когда я продемонстрировал ему, что все его посты и засады находятся на «мушке» у наших групп. Так ему был еще раз продемонстрирован наш профессионализм и, кстати, отпала необходимость выполнить категорическое требование Саттара сдать личное оружие. В процессе встречи и довольно откровенной беседы мы поняли, что имеем дело с типичным отрядом самообороны. Одновременно еще раз убедились, что информация наших друзей ХАДовцев не всегда объективна, более того — предвзята.

Во время встречи Саттар, желая доказать свою лояльность и готовность к сотрудничеству с нами, сообщил, что через несколько дней по известному ему маршруту в направлении провинции Герат проследует караван, в котором, по имевшимся у него сведениям, будет около сорока инструкторов и прошедших в Пакистане переподготовку бандитов, часть из которых ранее «засветилась» при грабежах его «подшефных» кишлаков. Мы не исключали, что Саттар руководствуется чувством мести, но своими силами справиться с обидчиками не может.

Своим поведением Саттар вызывал доверие, а информация, безусловно, заслуживала внимания. К сожалению, перепроверить ее возможности у нас не было, да и на тщательную подготовку операции времени оставалось очень мало. Терзались сомнениями, но решились идти на риск. При разработке операции мы постарались «соломы подстелить» достаточно. Главная идея заключалась в применении известной нам тактики противника — затягивание в «мешок» с последующим замыканием кольца окружения. А дальше решили действовать по обстановке, по одному из нескольких проработанных вариантов. То есть решили бить врага его же оружием.