Конфликтные дети

Но главной причиной конфликта в детском доме у дошкольников всех возрастов является борьба за внимание и доброжелательность взрослого.

Дети всеми силами стремятся быть поближе ко взрослому и борются за его расположение. Как только один из детей заслуживает внимание и одобрение взрослого или просто оказывается рядом с ним, другие начинают отталкивать его, стремясь занять свое место рядом со взрослым. У семейных детей подобная причина конфликтов вообще отсутствует. Дети борются за признание сверстников, но не за внимание взрослого.

Другое отличие заключается в значительно меньшей эмоциональной напряженности конфликтов у воспитанников детского дома. В детском саду конфликты протекают значительно живее, ярче и энергичнее: дети дерутся, громко обвиняют друг друга, яростно спорят, выражают свой протест. В детском доме эмоции детей выражены более скудно и однообразно: плач, жалобное «скуление», пассивный уход в сторону – вот наиболее характерные формы выражения эмоций. Наиболее типичный способ выхода из конфликта – жалоба взрослому с целью лишний раз привлечь его внимание. В детском саду дети чаще решают конфликты силой или посредством договора, не прибегая к помощи взрослого.

Характер межличностных отношений детей в детском доме

Опираясь на результаты исследований, сопоставим показатели отношений детей, посещающих обычный детский сад, и воспитанников детского дома.

Прежде всего следует отметить, что в ситуации совместной деятельности (методики «Мозаика», «Строитель» и др.) дети из детского дома значительно меньше заинтересованы в своей деятельности, чем дети из семьи. Они не проявляли никакого интереса к порученным действиям, были рассеянны и невнимательны к тому, что они делают. Значительно больше их привлекала возможность общения со взрослым – они стремились подойти поближе, прикоснуться к нему, часто посматривали, смущались и пытались угодить ему. Очевидно, что взрослый интересовал их больше, чем собственные предметные действия.

Еще более разительные отличия получены при сравнении эмоциональной вовлеченности в действия сверстника. Воспитанники детского дома практически не проявляли интереса к работе сверстников – часто отвлекались, заговаривали с экспериментатором на посторонние темы.

Дети из семьи были значительно больше ориентированы на оценку собственных действий – постоянно ждали оценки взрослого, а иногда даже требовали ее. В детском доме дошкольники обычно не требовали оценки взрослого и очень слабо реагировали на нее. Оценка была для них только проявлением внимания с его стороны. Для них значительно важнее было общее расположение взрослого, чем его конкретная оценка их деятельности.

Дети из детского дома, как и семейные, не оставались безразличными, когда взрослый оценивал действия сверстника. На фоне общего равнодушия к работе другого ребенка наблюдалась яркая негативная реакция на положительную оценку действий сверстника. Даже те, кто совершенно не обращал внимания на своего партнера, очень живо откликались, когда слышали, что взрослый хвалил его. Они, как правило, сразу смотрели на своего партнера, на то, что он делает, и пытались переключить на себя внимание взрослого: «Я тоже могу», «У меня тоже все хорошо». Здесь наблюдалась своеобразная ревность. Было очевидно, что они боялись потерять внимание и расположение взрослого и в сверстнике видели угрозу для себя. При этом какой-либо возрастной динамики здесь не наблюдалось – 6-летние дети реагировали на поощрение сверстника столь же ревностно, как и 4– 5-летние. Согласие с положительной оценкой сверстника наблюдалось у них лишь в исключительных случаях.

В отличие от этого воспитанники детского дома охотно подтверждали негативную оценку взрослым сверстника, не обращая особого внимания на результат его работы и не задумываясь над тем, насколько эта оценка справедлива.

Существенно различается также и характер просоциального поведения в двух группах детей. У детей из детского дома практически не наблюдалось действий в пользу другого – никто из них добровольно не уступал сверстнику свои предметы или свою очередь в игре. Воспитанники из детского дома (в отличие от семейных дошкольников) категорически отказываются что-либо делать в пользу сверстника; если они и отдавали доставшийся им предмет, то только по просьбе взрослого, причем именно взрослому, а не сверстнику. Все это свидетельствует о низком уровне сопереживания сверстнику.

* * *

Анализируя эти данные, можно отметить, что вовлеченность в действия сверстника свидетельствует о субъективной значимости другого ребенка. Ее отсутствие у воспитанников детского дома объясняется тем, что сверстник не имеет для них субъективной значимости, а является внешним и достаточно безразличным объектом. Взрослый же остается для них субъективным центром любой ситуации; именно от него они постоянно требуют внимания и доброжелательности.