Контрразведка Future (сборник)

– Горюнов ходит по лезвию ножа, за ним вот-вот начнётся охота.

– Уже началась, пока тихая, судя по последним событиям.

– Прикрыли?

– Он и сам малый не промах, его бы в опергруппу, очень хорошо подготовлен физически, но пока он больше полезен как раздражитель агентуры Вируса. Провокативная изобретательность парня такова, что агенты липнут к нему как мухи и засвечиваются. Пусть занимается своей «детективной» деятельностью, я подключу к нему отряд Плетнёва.

– Пошли его на Суперструнник, со специалистом, надо разобраться в состоянии машины. Возможно, расчёты Шапиро верны и мы используем её по другому назначению.

– Хорошо, Степан Фомич.

– Значит, Бодха, – медленно проговорил Воеводин, уходя мыслями в себя. – Советник президента Союза… координатор…

Грымов, уже пришедший к определённому выводу, промолчал. Он делал всё, что мог, и даже больше.

Глава 18. Битому неймётся

Учреждение называлось Комитет Федерального Земного Собрания по безопасности, но все называли его короче – Комбез.

Руслан получил официальное приглашение посетить эту организацию седьмого августа в девять часов утра по среднесолнечному времени, что соответствовало времени Москвы. По времени Таиланда шёл уже пятый час после полудня, и он находился на рабочем месте, то есть в своём кабинетике, читал отчёты сотрудников рангом пониже о проведённых ими мероприятиях и думал о полученном от Грымова задании проверить состояние Суперструнника. Зачем это понадобилось контрразведке, он не знал, но необходимость в данном шаге наверняка была, поэтому задавать недоумённые вопросы начальству не стоило, оно само должно было сообщить инспектору все необходимые данные.

Приглашение в Комбез озадачило.

Руслан позвонил Леблану:

– Господин начальник отдела…

– Мы же договорились, месье Горюнов, – укоризненно проговорило изображение Леблана, – для вас я Люсьен.

– Прошу прощения, Люсьен, – поправился Руслан. – Меня вызывают в Комбез.

Леблан по обыкновению почесал кончик носа.

– Причина?

– Ни малейшего понятия. Секретарь Комитета сообщил, что запрос поступил от заместителя председателя Комбеза Лю Чжи Мао.

Леблан ещё раз почесал кончик носа.

– Непонятное решение… они должны были послать запрос на имя нашего директора, а тот связался бы со мной.

– Комбез подчиняется только президенту СОН и Федеральному Парламенту, мы ему не указ.

– Это-то и плохо, – вздохнул Леблан, – законность указов любого уровня должна выполняться неукоснительно. Когда вы должны быть в офисе Комитета?

– Через час.

– Я полечу с вами.

Руслан удивлённо посмотрел на начальника отдела.

– Вы мне не доверяете?

– Хочу исключить фактор возможных недоразумений.

– Ну, хорошо. – Сбитый с толку решением француза Руслан начал готовиться к визиту.

В два часа дня по местному времени инспекторы ФАК переступили порог приёмной председателя Комбеза и его заместителей.

Приёмная была конусовидно-круглая, с прозрачным кругом потолка, потому что Комитет занимал последний этаж башни Федерации, и от стойки секретаря в центре шли чёрно-золотые дорожки к дверям высокого начальства.

Охраны нигде видно не было, но Руслан чуял, что за всеми посетителями внимательно следят охранные системы.

– Я Руслан Горюнов, – представился молодой человек.

Секретарь-витс – не отличишь от живого – с модной причёской «а-ля павлин» посмотрел на Леблана.

– А вы, господин?

– Я начальник отдела «К» Федерального Агентства по контролю, – любезно проговорил Леблан.

– Вас нет в списке приглашённых.

– Я подожду своего сотрудника здесь, если позволите.

Секретарь исчез за льдисто-прозрачной с виду дверью с табличкой: «Лю Чжи Мао, Южно-Азиатский сектор», – вернулся через минуту.

– Вас ждут, господин Горюнов.

Руслан выпятил грудь и шагнул в кабинет заместителя директора Комбеза.

Кабинет был огромен! И почти пуст!

Пол его был выстлан чёрно-белой плиткой, стены сверкали снежно-ледяной глазурью, в гигантские панорамные окна заглядывали облака.

Стол Лю Чжи Мао располагался на краю этого пространства площадью не менее трёхсот квадратных метров, и за ним перед стеной висел объёмный портрет какого-то китайского президента прошлых веков. Подойдя к столу, Руслан вспомнил его имя – Мао Цзэдун.

Лю Чжи Мао, маленький, желтолицый, узкоглазый, как и все китайцы, вышел из-за стола. Он был в бело-золотом унике ВИП-официала, хотя это не помешало ему нацепить на кармашек маленькую бриллиантовую брошь – символ Союза Объединённых Наций. Да и волосы он зачёсывал не так, как мужчины, и улыбался чуть более угодливо.

«Китайский трикстер», – шепнул Лёха.

Это и в самом деле был редкий представитель азиатской диаспоры трикстеров, и Руслан с грустью подумал, что всё больше представителей этого пола и секс-меньшинств занимают высокие федеральные посты.

– Инспектор ФАК Горюнов по вашему приказанию прибыл! – рявкнул Руслан, вытягиваясь во фрунт.

– Очень приятно, сяньшень Горюнов, очень приятно. Присаживайтесь, прошу вас. – Говорил Лю Чжи Мао по-русски чисто, почти без акцента.

Из чёрного квадрата пола с писком развернулось роскошное мягкое кресло с удобными подлокотниками.

Руслан сел.