Контуберналис Юлия Цезаря

   - Пора тебе Иван Сальватор возвращаться к гостям, а мне к матери на женскую половину. Когда я увижу тебя?

   - Скоро... Мне нужно заказать у ювелира для тебя кольцо без камня.

   - Главное чтобы отец согласился отдать меня за тебя. Его слово - закон. Как он скажет, так и будет. Он распоряжается моей судьбой и моим имуществом и драгоценностями. Для римлянок отец - это второй бог.

   - Я думаю, Цезарь его уговорит...

   - Хорошо, если бы это было так... - тяжело и грустно вздохнула Домиция.

   - Я верю в это...

   Иван взял девушку за руки и привлек к себе. Она с нежностью смотрела снизу верх в его глаза. Он наклонился и поцеловал ее в губы. До чего они оказались приятны и сладки для Ивана. Их тела задрожали от любовного электрического разряда. Девушка торопливо ответила уже своим поцелуем, страстным, жадным, но скоротечным, быстро освободилась от мужских объятий и поспешила уйти. Иван был огорчен ее скорым уходом, но в то же время был очень счастлив, ведь мечта его сбывалась. Домиция не отвергла его и даже согласилась выйти за него замуж.

   Садовник и роза все-таки договорились о сердечной дружбе.

   ***

   Когда гости ушли, Долабелла, шатаясь от изрядно выпитого вина, стал взбираться по лестнице на второй этаж, на женскую половину.

   Домиция спала в своей спальне на просторном ложе. Одеяло с девушки сползло и обнажило часть ее роскошного тела. Долабелла невольно залюбовался своей дочерью. Как она красива и соблазнительна! Если бы он не был ее отцом, то не устоял сейчас от греха. Его влажная от пота рука предательски поползла вверх по гладкому и нежному бедру к самому сокровенному. От этого прикосновения девушка тут же проснулась. Увидев на себе странный взгляд отца, положение его руки, Домиция не на шутку испугалась.

   - Отец?! Что ты тут делаешь, отчего так смотришь на меня?! Ты выпил много вина, иди к себе спать! Царство Морфея ждет тебя. Дай мне выспаться!

   Она проворно натянула на себя одеяло, прикрыв свои прелести. А Долабелла пришел в себя.

   - О, дочь моя, что ты такое говоришь? Даже Бахус не перепьет меня, а я всегда трезв как афинское стеклышко, а ты говоришь, что я пьян... Ты знаешь, что сегодня мы угощали от души нашего славного и божественного Цезаря. И угощали не напрасно. Разговор с нашим правителем был для нас небесполезным... Моя любимая дочь Домиция, случилось так, что наш мудрый Гименей решил предложить тебе вместо Квинта Фаррела другого жениха... Я вынужден подчиниться этому, хотя я против этого жениха... Ивана Сальватора... А что ты скажешь на это, дочь моя? Сей варвар тебе понравился?..

   Сердце девушки радостно забилось. Она вспомнила разговор в саду и Иваном его приятные прикосновения, его пьянящий поцелуй.

   - Иван Сальватор обладает многими достоинствами. Его речь искусна, он умен, храбр, его любят боги, римский народ и Цезарь

   - Главное его достоинство это то, что его покровитель наш лысый царь.

   - И не только это. Он мне понравился своим видом, мужской красотой. Еще тогда в Большом цирке.

   - А вот как? А как же твой жених Квинт Фаррел?

   - Отец, он мне уже давно разонравился. К тому же ты сам мне говорил искать хорошую партию. Иван Сальватора Цезарь щедро одаривает и опекает. Цезарь сделал его патрицием, дал миллионы сестерциев, власть, земли. У Сальватора и дом в Риме, и вилла в Байях. Чем контуберналис императора не выгодное для меня замужество?

   - Да ты права, дочь. Это выгодное замужество. Породниться с любимчиком Лысой Тыквы - это даже не каждому знатному и богатому роду дано. Буду готовить тебе, дочь приданное. А с Фаррелом я объяснюсь.

   - И это будет замечательно. Я не горю желанием с ним объяснятся.

   - Успокойся, дочь, я все сделаю в наилучшем виде. Доброй ночи, Домиция

   - Доброй ночи, отец!..

   Долабелла ушел в свои покои. Вскоре раздался мощный на весь дом храп богатого патриция. А Домиция долго не могла заснуть от счастья. Неужели Юнона и Эрот услышали ее молитвы и позаботились о ней. Отец согласен на ее брак с Иваном Сальватором, и это самое главное. Значит, помолвке и свадьбе быть! Но надо выбрать дату! А это было нелегко.

   Дату свадьбы римлянки обычно выбирали с учётом религиозных традиций, праздников и верований в счастливые и несчастливые дни. Поэтому бракосочетания никогда не проходили в календы - первые дни каждого месяца, ноны - пятые или седьмые числа месяца и в иды - дни в середине каждого месяца.

   Неблагоприятными месяцами для проведения свадеб считались: весь март, посвящённый богу войны Марсу, так как "воевать не пристало супругам", май, на который приходился праздник Лемурий, и первая половина июня, занятая работами по наведению порядка и чистоты в храме Весты. Также не подходили для свадьбы дни поминовения умерших, как и дни печали и траура, когда был открыт вход в подземный мир: двадцать четвертого августа, пятого сентября и восьмого октября.

   Благоприятной считалась вторая половина июня. И Домиция подумала. Лучшей датой для свадьбы будет примерно двадцатого июня.