Контуберналис Юлия Цезаря

   Иван тоже обнажается, скидывая простынь, мажется маслом и туго стягивает запястья тканевыми бинтами - получилось наподобие напульсников. Тканевыми бинтами контуберналис стягивает и свои голени. Родин разминает шею, голову, руки, делает растяжку и пробные удары по воздуху. Зрители охают от удивления: интересно, что это за стиль борьбы у контуберналиса? Заморская новинка? Трибун, наоборот, насмешливо смотрит на Родина, разминает плечи и, начинает психологическую обработку противника. Он надменно кричит Ивану:

   - Ну что, Иван Сальватор, готов ли ты склонить голову передо мною? Готов ли ты проиграть этот поединок?

   - Нет, не готов! И даже не собираюсь тебе проигрывать, Фаррел! Наоборот я попытаюсь у тебя выиграть!

   - Каким образом?! Никто в Риме не сравниться со мной по борьбе панкратион! Каждый год я выигрываю эти состязания в цирке Тарквиния! Я непобедимый!

   - Мне на это наплевать, Фаррел! Я чемпион Москвы по стилю Киокушинкай-карате этого и позапрошлого года!

   Фаррел продолжает морально давить на противника:

   - Чемпион чего?! Я не расслышал, доблестный воин! Какое-то длинное и мудреное название... Знай, Иван Сальватор, каким бы ты чужеземным единоборством не владел и каким бы ты не был непревзойденным и искусным чемпионом, я брошу тебя на песок и сломаю тебе руку или ногу. Запомни: Домиция будет моею и только моею. Тебе придется испытать неслыханное унижение и позор, контуберналис!

   - Ты делишь шкуру неубитого медведя, Фаррел! Это я тебе уложу на песок и заставлю его жрать!

   - Ты сам его будешь жрать, славянский мерзавец! Клянусь Геркулесом!

   - Да пошел ты! Коз-з-зел! - не выдерживает Иван. - Я засуну твою голову тебе же в зад!

   - Что-о-о!.. - негодует трибун. - Я раздавлю тебя, гаденыш!

   - Кишка тонка, Фаррел!..

   Страсти накаляются. Противники говорят обидные слова друг другу и готовы уже сойтись в яростной драке. Но судья пока не дает сигнала к бою.

   Мамерк бесподобен в роли секунданта и тренера:

   - Мой мудрый Сальватор, будь осторожен: Фаррел превосходный борец. Если ты сблизишься с ним, то он тебя поломает или удушит. Держись от него на расстоянии и применяй свою борьбу, ту, которой ты учил меня. Может у тебя получиться одним хорошим и точным ударом ноги свалить Фаррела с ног. Он этого не ожидает. Только в этом твое спасение... и конечно твоя великая победа. А там уже и прекрасная Домиция.

   - Хорошо, Мамерк, я постараюсь держать дистанцию с Фаррелом и встречать его разящими и точными ударами. Буду работать на опережение.

   - Все правильно, опережай его, опережай. На мгновенье, на шаг, на удар. Не дай ему произвести захват, сбивай захват, освобождайся, уходи от него, как я тебя учил, иначе не выберешься из цепких рук трибуна.

   - Ладно, учту, учитель...

   И вот судьей дан сигнал к схватке. Болельщики к экстазе ревут, и Фаррел, злой и решительный, сразу устремляется на Ивана. Но Родин, памятую о словах Мамерка, держит трибуна на расстоянии. Борцы быстро кружат вокруг друг друга. Руки поединщиков выставлены вперед, пальцы то растопырены, то сжимаются в кулак. Борцы готовятся для захвата или удара. Едва Квинт пытается сблизиться с контуберналисом, как тот останавливает его ударом ноги либо в голень, либо на уровне живота или груди. Фаррел беситься, что не может достать соперника. Пытается ухватиться за ногу бьющего и провести прием, но Иван вовремя и отдергивает ногу и возвращается в исходную позицию.

   Наконец трибун не выдерживает и под одобрительные выкрики его болельщиков рвет дистанцию и идет на сближение с противником, но Иван встречает его быстрым и прямым ударом с правой руки прямо в голову. И тут же достает и с левой руки. Хорошая "двоечка!" Трибун отскакивает, слегка потрясенный контрударами. Но придя в себя, он снова идет в атаку и достает Родина парочкой хороших джебов. Иван дистанцируется от соперника, тоже приходит в себя и решает провести удар ногой под названием "low-kick".

   Родин делает ложный удар рукой, отвлекая внимание противника от нижней зоны поражения, и наносит натренированный и сильный удар по внешней стороне бедра Квинта, ближе к колену. Фаррел не готов к такому удару и падает, будто скошенный косой, на песок. Иван в пылу атаки хочет добить соперника, но Квинт лежа умудряется чувствительно лягнуть Ивана - Родин живенько отскакивает. Это уже ошибка контуберналиса: зря он полез на сближение с соперником. Ведь если трибун повалит Ивана на землю, то заломает Родина, как Геракл Немейского льва, в мраморном варианте греческого скульптора Лисиппа. Ведь Фаррел - король партера!

   Фаррел встает, дерзко и снисходительно ухмыляется. Он чуть прихрамывает.

   - Сальватор, твои удары как укус комара, они не приносят мне вреда. Я выиграю поединок.

   - Не говори "гоп", пока не перепрыгнешь, Фаррел!

   Трибун не понимает слово "гоп", но понимает смысл выражения и кричит в ответ:

   - А я привык говорить "гоп" перед тем, как прыгнуть, Сальватор! Сейчас я откручу тебе голову и брошу к ногам Домиции - пусть полюбуется!

   - Она будет любоваться твоей открученной башкой, самоуверенный трибун!

   - Посмотрим!..