Контуберналис Юлия Цезаря

   - Когда убьешь врага Рима, кинжал подбрось в дом к трибуну Квинту Фаррелу. И затем арестуй трибуна, а я его до прибытия Цезаря из похода казню. Так я устраню двух соперников за сердце Домиции и одного соперника за власть. Иди, Поллион и жди моего приказа.

   - Как скажите, доблестный Антоний, приду по первому зову, - центурион приложил кулак правой руки к левому плечу, слегка поклонился и вышел из кабинета патрона.

   ***

   Корнелий Долабелла в роскошной латиклаве из тончайшей афинской шерсти шел по улице в сопровождении секретаря и двух германских воинов из отряда Балдегунде и вдруг остановился... Возле одной из торговых лавок он увидел роскошный паланкин своей дочери и восемь рабов-носильщиков, стоявших в ожидании хозяйки.

   "Интересно, что там моя лапулечка покупает?" - подумал сенатор и зашел в лавку.

   Там продавались женские вещи, обувь, украшения, гребни, безделушки.

   А вот и его дочь Домиция. Она присматривалась к длинной палле ярко-красного цвета и тунику такого же цвета. Около госпожи крутилась ее доверенная рабыня Ида.

   "Никак готовиться к будущей свадьбе, моя лапулечка", - внутренне улыбнулся Долабелла. - "Ох, как она обожает этого любимчика Лысой Тыквы! Просто до безумия! Она никого в своей жизни не любила так, как этого Сальватора. Но вынужден огорчить тебя, дочь моя. После того как Цезарь уйдет в поход на Парфию, твой обожаемый Иван Сальватор умрет от мечей наемных убийц или от кинжала твоего бывшего жениха Фаррела. Придется тебе, милая Домиция, вновь возвращаться к своему доблестному трибуну. А слезы о славянском выкормыше высохнут и боль утраты стихнет. Ты забудешь о нем со временем. Время - лучший лекарь".

   - О, дочь моя! Домиция! - отвлек внимание дочери от паллы сенатор. - Роза моя цветущая, никак уже мечтаешь о свадьбе?

   Домиция встрепенулась и, увидев отца, радостно улыбнулась.

   - Да, мой отец, я выбираю красивую паллу и тунику на свадьбу с Иваном Сальватором. И еще мне нужны сандалии такого же цвета и золотые с гиацинтами застежки на паллу. А еще я присмотрела дорогие и изящные золотые серьги с рубинами в ювелирной лавке. Я не должна в такой светлый и волнующий момент выглядит плохо, а только красиво и роскошно. Весь цвет Рима будет взирать на меня в этот день. И сам великий Цезарь и все наши боги. И ты мой отец будешь гордиться мною.

   - Я и так горжусь тобой, моя несравненная Домиция - Долабелла тепло прижал к себе дочь и поцеловал в висок. - Ты лучшая из лучших. Ты первая красавица Рима... А ты слышала свежую весть, дочь моя, о Квинте Фарреле и Иване Сальваторе?..

   - Что с ним?! - воскликнула в испуге Домиция. - Его подло убил Фаррел?! Я же предупреждала его о трибуне!

   Казалось, еще немного и девушка потеряет сознание: она не сможет вынести ужасной правды о гибели Ивана, но отец успел поддержать ее словами:

   - Успокойся доченька. Все в порядке. Твой любимый Иван Сальватор жив...

   Девушка облегченно выдохнула.

   - Просто они сошлись в борцовской схватке в термах на Марсовом поле. Они бились за тебя.

   Домиция снова напряглась и заволновалась.

   - И кто стал победителем?..

   - Ты не поверишь, дочь моя, но это оказался твой Сальватор!

   Патрицианка снова облегчено выдохнула. Какое счастье, Иван побил Квинта Фаррела - непобедимого чемпиона по панкратиону. Он действительно герой и полубог, раз одержал верх в схватке с сильнейшим борцом Римской республики.

   - Весь Рим сегодня обсуждает это событие. Во всех подробностях и красках. На Форуме, в храмах, харчевнях, на постоялых дворах, на рынках. Даже в сенате! Меня даже поздравляли в курии Помпея с победой моего будущего зятя. Я так горд, как будто это я, а не Иван Сальватор одержал победу над трибуном. Говорят, это было невероятная схватка. Словно бился Геракл с Антеем. Или словно сражались великие олимпийские чемпионы.

   - Я же тебе говорила, отец! Иван Сальватор - моя партия! Он великий герой! И красивый и великодушный патриций! Он достоин меня, как и я - его! И я буду его женой! Клянусь Юноной, моей покровительницей!

   - Будешь, будешь, - успокоил девушку отец. - Не переживай. Вот как только наш правитель, божественный Цезарь, вернется из победоносного похода в Рим, мы тотчас же и сыграем свадьбу.

   - Надеюсь, война будет скоротечной и благополучной, и мы успеем подготовить торжества к двадцатому июню. Отец, я уже выбрала этот день для свадьбы.

   - Двадцатое июня? Что же, хорошая дата. Двадцатого, так двадцатого. Буду готовить тебе приданное.

   - Благодарю тебя, мой любимый и несравненный отец, о такой заботе.

   - Ты у меня одна, драгоценность великая, вот я о тебе и забочусь. Да хранят тебя боги! Хорошо, Домиция, я последую далее по своим государственным делам, а ты оставайся.

   - Хорошо. Вале, отец!

   - Вале, дочь моя! Встретимся вечером!..

   Долабелла ушел. Домиция, купив паллу и тунику, покинула лавку и вышла с рабыней на улицу. Хозяйка и служанка сели в паланкин, рабы дружно схватились за палки и подняли носилки.