Копи царя Иоанна

Над головой Максима просвистело что-то, он не успел рассмотреть. Сильной рукой Василий опрокинул его. Это была граната. Раздался взрыв, высвободившееся пламя приняло цилиндрическую форму и свернулось в точку. Секунда — и конвоиры бежали от того места, где их попытались остановить спецслужбы. Решетка, через которую они вошли, открылась, и на пороге показался человек с автоматом. Следом спускались другие. Человек выстрелил, и пули заискрились, отскакивая от чугуна. Короткой очередью Вася заставил его замолчать. Следующая граната полетела туда как раз в тот момент, когда сверху показался другой чекист. Проход завалило телами. Пятеро попавших в засаду бежали. Александр включил фонарь, надеясь найти выход, но стены были гладкими. Нигде не было видно дверей или решеток других тоннелей. Гранаты закончились. Патронов оставалось немного. Женя прихрамывал на одну ногу: видимо, задела-таки пуля спрыгнувшего из шахты. Максим обезумевшим взглядом шарил по пыльному полукруглому своду, бессмысленно следя за конусами фонарного света, скачущего в непонятном танце в темноте. Но строй они все-таки сохранили. Вася все еще оставался замыкающим, трое перед Максимом шли, как условились, когда покидали бункер. Накатанные рельсы, утопленные в асфальт, как трамвайные пути, отблескивающими лучами уходили за поворот. Тоннель явно проектировали так, чтобы по нему, помимо поездов, могли проехать автомобили и микроавтобусы. Солдаты шли по пятам. Их не было слышно, как будто они вросли в стены, но чувство преследования ощущали все. Теперь, когда чекистам стало понятно, что придется иметь дело с хорошо организованной группой, люди в форме затаились и выжидали момента, чтобы внезапно напасть. Им не составило бы труда уложить всех пятерых одной гранатой. Почему-то это не было сделано, было понятно, что они хотели взять всех живыми.

Прошли поворот. Вдали показалось свечение подвесных ламп. Тоннель расширялся, и с краю показалась узенькая платформа. Станция. По инерции преследуемые ворвались в размеренный покой тайной станции. Такие, если верить сказкам журналистов, довольно редко раскиданы по веткам правительственного метро и расположены лишь рядом с бункерами или под правительственными зданиями. Где-то сверху слева заслышался глуховатый, но отчетливый звук тормозящего поезда. Деревянные дверки, выходящие на платформу, открылись, и на рельсы посыпались рослые люди в камуфляже и черных масках, скрывающих лица; с двух сторон они мгновенно перекрыли тоннель живой цепью. Василий Борисович вскинул автомат.

— Сложить оружие. Руки за голову! — спокойно и отчетливо проговорил голос из темноты.

Немного помедлив, обведя глазами живое кольцо из двадцати хорошо вооруженных человек, преследуемые положили автоматы на асфальт. Несколько людей тут же подбежали к Максиму и окружавшим его и быстро обыскали. Рядом с автоматом оказалась последняя граната, четыре ножа, фонари, персональная аптечка и еще кое-какая мелочевка.

— Входите, Николай Петрович, — сказал тот же, как показалось Максиму, хорошо знакомый голос. Но как он ни старался, не мог припомнить, где же он слышал его, настолько привычным было звучание. Человек, который произнес эти слова, ранее оставался незаметным в полумраке. Он вышел из своего укрытия и направился к двери, которая в ту же секунду распахнулась. На пороге стоял человек лет пятидесяти, высокого роста, с серебристыми висками и, видимо, большой лысиной, которую скрывала фуражка. Сколько было звезд на погонах, Максим не запомнил. Он просто видел, что они, как алмазы в ящике стола в бункере, поблескивают на плечах незнакомого господина.

— Так, — сказал он с расстановкой, оглядывая пленников, — что же мы ходим-то, где не положено, а? Ходить надо по земле, а тут совсем даже не обязательно…

В нависшей тишине эти слова, в точности повторяющие те, что Максим слышал из уст Александра Андреевича, теперь стоявшего с опущенной головой и цеплявшегося за затылок ладонями, прозвучали как-то угрюмо-насмешливо. Там, где никто не мог их слышать, перед дверью, замаскированной под кирпичную кладку, не было такого страха перед бандитами, как тот, который Максим испытал перед представителями государственной власти под землей. Снова раздался скрип тормозов состава метро. Оно явно было где-то совсем рядом. Теперь, когда больше не надо было бежать, оглядываться по сторонам, когда прекратилась стрельба и затихли крики, смолкло то, что отвлекало внимание Максима, — стало возможным внимательно прислушаться ко всему, что происходило вокруг. Казалось, что станция пассажирского метро была прямо над станцией секретной ветки.

— Этих оставить, остальных расстрелять! — сказал вошедший, указав на Александра Андреевича и молчаливого брата Жени.

— Николай Петрович, — тихо проговорил сопровождавший его. Максим плохо слышал, о чем они разговаривали, звук метро не давал возможности разбирать фразы целиком, — он хороший специалист, может понадобиться там, — с ударением на слово «там» закончил человек со знакомым голосом.

— Хорошо, посмотрим. Тогда этих двоих в расход, трое за мной.