Корабль мертвых

–  Я никогда не буду содействовать ни созданию, ни разрушению каких-либо легенд. Для писателя главным являются его книги, а не его жизнь.

–  Вы знаете, конечно, что существует ряд биографических книг о вас, например, книга Макса Шмидта, вышедшая в Цюрихе, и Рольфа Рекнагеля, изданная в Лейпциге. Baute мнение о них?

–  Отвергаю.

–  Критики утверждают, что писатель Бруно Травен всегда защищает точку зрения мексиканцев…

–  Это верно.

–  Только в книгах?

–  В жизни тоже. Это одна из причин, почему некоторые из моих книг до сих пор не опубликованы в США. Вполне возможно, что я смотрю на все с мексиканской колокольни. В отличие от американских литераторов, у которых злодей всегда мексиканец, в моем романе „Белая роза”, например, таким злодеем является янки. Многое, что писали и пишут в Соединенных Штатах Америки о Мексике, неправда. Мексику надо любить такой, какая она есть. Я люблю эту страну. Я чувствую себя мексиканцем. Какую же другую точку зрения мне защищать?»

Впрочем, до сих пор неясно даже то, на каком языке писал Бруно Травен.

Тексты из Мексики в издательства приходили английские, но сам писатель указывал, что роман «Корабль мертвых», например, является всего лишь «… оригинальной английской версией».То же самое он говорил и о других своих романах. Это, правда, противоречило словам вдовы писателя Розы Елены Луджиан (Роса Елена Лухан – в другой транскрипции), которая (после смерти мужа) на премьере фильма «Мост в джунглях» в Париже, обронила, что муж ее «… говорил по-английски красиво и правильно. Он говорил на настоящем английском языке и имел настоящее прекрасное образование».