Читаем Король и Шут. Бесконечная история полностью

Или вот еще история. Самое смешное, что впервые я ее записал по просьбе одного из посетителей нашей группы архивов, и она была для меня просто какой-то бытовой историей. Рядовой и обыденной, можно сказать. И вот, перечитав ее сейчас, подумал, что вообще-то она смахивает на этакий тарантиновский боевичок. По крайней мере, имеет все его признаки. Наркотики, продажные менты, бандиты, погони и так далее. Впрочем, расскажу тебе все по порядку.

Мишка сидел дома и вышел встретить кого-то. Не за наркотиками. Это точно. Хотя бы по той простой причине, что никто не встречается с дилером у подъезда своего дома. Просто кто-то попросил его выйти и встретиться с ним. Тут подлетает машина, выпрыгивают менты, заталкивают Горшка внутрь и уезжают. Машина, подчеркну, частная.

«Давай, говорят, денег! Мы знаем, что ты наркоман (в газете прочитали, наверное)

, и у тебя есть деньги! Если не дашь, то закроем тебя нафиг». Короче, очень непозитивные и жадные менты. Да к тому же еще и, похоже, нечистые на руку. Поскольку начали требовать, не помню точно, не то 1500 $, не то 2500 $. Иначе, (повторюсь)
говорят, закроем, то бишь, арестуем. А дело, я тебе скажу, было перед туром, и денег у Горшка не было. Тогда они потребовали, чтобы он звонил друзьям.

Он и позвонил. Но фишка в том, что и у друзей было состояние «перед туром», то есть денег ни у кого не было. Мы посовещались и решили, что в принципе можно (и нужно, конечно) пособирать, позанимать и выкупить Горшка. Где взять денег, я лично не знал, но начал названивать друзьям и знакомым. И тут как раз, бац! Мне звонит наш с Горшком одноклассник Юрка Кулаков и сам просит денег взаймы. Юрка был человек серьезный и положительный. Поэтому всегда брал у меня в долг. И хотя отдавал крайне редко, все равно мы дружили.

После того как я отказал Юрке, он пожелал узнать причину, а узнав ее, предложил помощь. Он сказал, что у него есть завязки с ментами которые круче. Типа отдел по борьбе с неправильными ментами, или что-то такое, не помню точно. Заметь, что при кажущемся одинаковом написании слова «менты» в данном случае оно приобретает положительную окраску. Помню, Юрка мне сказал купить водки и блок сигарет, и мы поехали к его ментам. До вечера мы там чушковались, в каком-то отделе, терли, перетирали и вообще всячески готовились. «Мы» в данном случае – это я с Юркой.

Перейти на страницу:

Похожие книги

111 симфоний
111 симфоний

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает серию, начатую книгой «111 опер», и посвящен наиболее значительным произведениям в жанре симфонии.Справочник адресован не только широким кругам любителей музыки, но также может быть использован в качестве учебного пособия в музыкальных учебных заведениях.Авторы-составители:Людмила Михеева — О симфонии, Моцарт, Бетховен (Симфония № 7), Шуберт, Франк, Брукнер, Бородин, Чайковский, Танеев, Калинников, Дворжак (биография), Глазунов, Малер, Скрябин, Рахманинов, Онеггер, Стравинский, Прокофьев, Шостакович, Краткий словарь музыкальных терминов.Алла Кенигсберг — Гайдн, Бетховен, Мендельсон, Берлиоз, Шуман, Лист, Брамс, симфония Чайковского «Манфред», Дворжак (симфонии), Р. Штраус, Хиндемит.Редактор Б. БерезовскийА. К. Кенигсберг, Л. В. Михеева. 111 симфоний. Издательство «Культ-информ-пресс». Санкт-Петербург. 2000.

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева , Кенигсберг Константиновна Алла

Культурология / Музыка / Прочее / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе
100 легенд рока. Живой звук в каждой фразе

На споры о ценности и вредоносности рока было израсходовано не меньше типографской краски, чем ушло грима на все турне Kiss. Но как спорить о музыкальной стихии, которая избегает определений и застывших форм? Описанные в книге 100 имен и сюжетов из истории рока позволяют оценить мятежную силу музыки, над которой не властно время. Под одной обложкой и непререкаемые авторитеты уровня Элвиса Пресли, The Beatles, Led Zeppelin и Pink Floyd, и «теневые» классики, среди которых творцы гаражной психоделии The 13th Floor Elevators, культовый кантри-рокер Грэм Парсонс, признанные спустя десятилетия Big Star. В 100 историях безумств, знаковых событий и творческих прозрений — весь путь революционной музыкальной формы от наивного раннего рок-н-ролла до концептуальности прога, тяжелой поступи хард-рока, авангардных экспериментов панкподполья. Полезное дополнение — рекомендованный к каждой главе классический альбом.…

Игорь Цалер

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Виктор Цой. Последний герой современного мифа
Виктор Цой. Последний герой современного мифа

Ровно 25 лет прошло со дня гибели лидера группы «КИНО». Но до сих пор многочисленные поклонники собираются около стены Цоя на Арбате, песни «КИНО» звучат в эфире популярных радиостанций, а современные исполнители перепивают композиции группы…Виктор Цой. Это имя стало легендой для нескольких поколений молодых людей. Каким он был на самом деле? Где заканчивается правда? И начинает твориться легенда?… Давайте попробуем если не восстановить истину, то хотя бы приблизиться к ней. Автор книги предпринял попытку рассказать о Викторе Цое невымышленном, попробовал детально восстановить факты его биографии и творческой жизни. Впервые в книге в таком объеме публикуются откровенные свидетельства родных, близких, друзей, коллег-музыкантов Цоя.А также уникальные, бесценные материалы – рассказы очевидцев, фотографии из личных архивов, письма, документы, неопубликованные тексты песен.

Виталий Николаевич Калгин

Биографии и Мемуары / Музыка / Документальное
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка