Королев. Главный конструктор

Герман Титов и Андриян Николаев в автобусе, по дороге на стартовую площадку. 6 августа 1961 года

[Музей космонавтики]

В командировках он очень скучал по жене. Их союз, несмотря на мелкие размолвки и ссоры, был союзом двух любящих сердец. Они стали с годами единым целым, порой и называли друг друга одним и тем же ласковым именем:

Нина Ивановна – Сергею Павловичу:

«Котя мой родной!»

Сергей Павлович – Нине Ивановне:

«Котя мой родной!»

Письма жене заменяли Сергею Павловичу дневник:

«Как быстро бежит время, не успеваешь отсчитывать дни и сутки. Вот уже почти две недели как я путешествую. К сожалению, мои “путешествия” связаны не только с географическими перемещениями, но и с огромной, многогранной и необычайно сложной новой наукой и новейшей техникой.

Конструкторы Мишин В.П., Королев С.П. и Бармин В.П. на космодроме Байконур. 9 мая 1965 года

[Музей космонавтики]

Я и сам порою поражаюсь полету неукротимой человеческой мысли к барьеру неизвестного и через него!

Как это все интересно, как здорово! Но и трудно одновременно, и мне как-то особенно. Видно, здорово годы уже сказываются, и “пожалуй”, мое “низкое давление”.

Но я твердо веду линию – отдыхать, когда можно, а если сильно устал, то немедленно отдыхать, отложив все.

Котя мой родной, моя маленькая нежная девочка, как часто, тепло и нежно я тебя вспоминаю. Какое для меня счастье твоя любовь и дружба, твое неизменное доброе и внимательное отношение ко мне. А ведь как это трудно! Я ведь тоже хотя и молчу и все вижу, но иногда и не молчу!

Если есть в человеческой жизни счастье, то оно наше с тобой. И что бы ни было, но вместе мы его сохраним и защитим.

(…) Представляю себе и точно, как ты “спатачкаешь”, встаешь, бежишь, работаешь в саду, звонишь, – это моя жизнь и моя любовь!»

Почти на каждый неудачный пуск Королев по-прежнему реагировал телесными недомоганиями, обычно скрываемыми от окружающих. Возможно, поэтому отказался от квартиры на 17-м этаже, предложенной еще до останкинского дома, сказал Нине Ивановне: «Все-таки высоковато». Жить ближе к небу не захотел. Видя в окно облака, а не землю, не смог бы отключиться от психоэмоционального напряжения и тревоги – постоянных своих призраков-конвоиров. Стараясь делать все, чтобы его нервных перегрузок никто не замечал, он загонял призраки в себя, и они за изгнание отомстили – привели Королева к последнему пуску – старту в небытие.

Экстренный выпуск газеты «Правда» (№ 220), посвященный полету Г.С. Титова. 7 августа 1961 года

[Музей космонавтики]

Исследователи паранормальных явлений замечали, что нередко в момент смерти человека останавливаются его часы.

Когда после полета Николаева и Поповича Сергей Павлович попал из-за непонятных кровотечений и болей на обследование в больницу, у него встали часы. И он решил: это знак – его время кончилось. Родной отец умер в этом же возрасте. Неужели и у него все? Конец? Как коротка жизнь…

Нет! Он должен выполнить задуманное Циолковским! Обязан! А значит, обязан жить.

И судьба продлила ему жизнь – пришедший навестить Сергея Павловича Юрий Гагарин, человек отзывчивый, снял свои наручные часы и отдал их Королеву.

– Спасибо, Юра, – тихо сказал Главный.

– Спасибо, – повторила сидящая у постели мужа Нина Ивановна.

Отсчет последнего периода земного присутствия Сергея Павловича Королева начался по гагаринским часам.