Короткая поездка домой

Я не стал возражать, я был слишком напуган грянувшей катастрофой. Мы помчались к его машине и потом на скорости начали метаться по всему кварталу, делая отчаянные, бессмысленные зигзаги, заглядывая в каждую машину. Через полчаса Джо сообразил, что это дохлый номер, – в Сент-Поле почти триста тысяч жителей. К тому же Джим Каткарт напомнил ему, что мы должны заехать еще за одной девушкой. Укутавшись в свою словно ощетинившуюся шубу, Джо забился в угол, точно раненый зверь, но поминутно подскакивал и наклонялся вперед, демонстративно всматриваясь в дорогу, страшно раздосадованный.

Девушка Джима совсем нас заждалась и тоже ужасно нервничала, но после того, что устроила Эллен, все это казалось сущей ерундой! Тем не менее мы не преминули про себя отметить, что подружка Джима смотрится великолепно. Да-а, есть в рождественских каникулах эта чудесная особенность: ты, не веря собственным глазам, вдруг замечаешь, как повзрослели твои друзья, как их изменила бурная жизнь вдалеке от дома, а ведь вроде бы знал их лучше некуда, с самого детства...

Джо Джелк изобразил галантное изумление, но вместо многословных комплиментов ограничился зычным и хриплым «хо!», и мы покатили в гостиницу.

Наш шофер подъехал не с той стороны, как оказалось, там все места для парковки были уже заняты, но благодаря этой нечаянной заминке мы увидели ее, Эллен, – она как раз вылезала из coupé[3]

маленького авто. Джон прямо на ходу выпрыгнул наружу, не дожидаясь, когда машина остановится.

Эллен обернулась, но взгляд у нее был слегка отрешенный. Или изумленный? Во всяком случае, в нем не было ни тени тревоги; вероятно, ей сейчас было совершенно не до нас. Джо подбежал к ней, всем своим видом выражая оскорбленное достоинство и негодование и безмолвный укор. Я шел сзади Джо и говорил себе, что в принципе он совершенно прав. С таким настроем я к ним и подошел.

Тот тип сидел в машине – даже не соизволил вылезти, подать Эллен руку. На вид – лет тридцать пять. Лицо жесткое, сухощавое и вроде бы со шрамами. Губы его кривила легкая улыбка, довольно злобная. В глазах – насмешливый вызов всему человечеству, глаза затаившегося зверя, затаившегося при появлении особей иной породы. Взгляд беспомощный, но свирепый, в нем была обреченность и одновременно самонадеянность. В нем отражалось бессилие из-за невозможности действовать, но при этом – готовность воспользоваться малейшим проявлением слабости со стороны противника.

Я машинально отметил, что он из тех парней, которых во времена моего детства называли «пройдохами». Они торчали в табачных лавках, где, опершись одним локтем о прилавок, глазели на заскочивших за сигаретами покупателей, и одному Господу было известно, что у этих типов на уме. Они толклись в гаражах, где тайком чем-то приторговывали, они околачивались в парикмахерских и в фойе театров. Вот к какой категории я мысленно приписал этого типа, если он действительно был из тех самых типичных «пройдох». Такие же свирепые физиономии попадаются иногда среди карикатур Тэда[4]

.

Еще подростком я поглядывал в сторону таких парней с опаской, сами же эти окутанные флером порока темные личности смотрели на меня с нескрываемым презрением. Однажды мне приснилось, как один такой тип подходит ко мне и тихонечко говорит: «Ну что, малыш...» – успокаивающим, по его понятиям, голосом. И тогда я в панике бросаюсь к двери и колочу в нее изо всех сил... Вот что это был за субъект.

Джо и Эллен молча смотрели друг на друга; но ее лицо, как я уже упомянул, было несколько отрешенным. На улице мороз, холодина, а она даже не замечала, что у нее расстегнута шуба; Джо протянул руку, запахнул полы, Эллен машинально стиснула рукой ворот.

И тут этот малый, молча наблюдавший за ними из машины, начал хохотать. Причем ни единого слова, просто запрокинул голову и стал хохотать, до изнеможения, но и сам по себе этот смех был оскорбителен; такого не прощают. И я не удивился, когда Джо, вспыльчивый до чертиков, тут же резко обернулся и бросил:

– А ты тут при чем?

Малый отвел глаза, но не сразу, и ясно было, что он все равно ни на миг не выпускает Джо и Эллен из поля зрения. Он снова расхохотался, так же вызывающе. Эллен нервно повела плечиками.

– И кто же этот... этот... – голос Джо дрожал от возмущения.

– Ну, ты-ы... полегче, а-а? – врастяжечку произнес «этот».

Джо посмотрел на меня.

– Эдди, проводи девушек, ладно? – скороговоркой попросил он. – Эллен, ступай с Эдди.

– Эй, ты-ы, полегче, – повторил «этот».

Эллен с яростью втянула воздух сквозь стиснутые зубы, но руку у меня не вырвала, когда я повел ее и вторую свою спутницу к боковому входу. Я был крайне обескуражен тем, что она ничего не попыталась сделать и будто даже провоцировала их своим молчанием.

– Джо! Не заводись! – крикнул я, обернувшись. – Пошли!

А Эллен между тем сама тащила меня за руку, чтобы я шел быстрее. Когда мы уже нырнули в вертящиеся двери, мне показалось, что тот наглец вылезает из машины.