Космос становится больше. Хаббл. Расширение Вселенной

После окончания ужина астрономы переодевались в более удобную для наблюдений одежду. Хаббл надевал военный камуфляж. Сегодня специальный экспертный комитет распределяет время работы разных команд с большими телескопами. Команды приезжают, занимаются наблюдениями несколько дней и возвращаются домой для изучения результатов. В те времена в Маунт-Вилсоне приоритет отдавался штатным астрономам и уже во вторую очередь — гостям.

Обсерватория Маунт-Вилсон, вид с воздуха. 2011 год. Под маленьким куполом (справа) находится малый 60-дюймовый телескоп, под большим — 100-дюймовый.

КОЛЛЕГИ ХАББЛА

Хаббл обладал способностью очаровывать людей с первого взгляда. Это помогало в общении не только с женщинами, но и с руководством, которое он увлекал своим всепоглощающим желанием понять Вселенную. Но в отношениях с коллегами все было иначе. Работать рядом с высокомерным Хабблом — с его оксфордским выговором и любовью к военной дисциплине — было довольно нелегко.

Отношения Эдвина с директором Маунт-Вилсона Джорджем Эллери Хейлом складывались хорошо — возможно, потому что они редко общались лично. Мы уже видели, какое терпение проявил Хейл, ожидая Хаббла на работу в годы войны и после ее завершения.

Совсем иначе складывались отношения Хаббла с Уолтером Адамсом, который вначале занимал пост помощника директора, а впоследствии, когда Хейл подал в отставку по состоянию здоровья, стал его преемником. Вначале все вроде бы шло неплохо, но затем Адамса начали все больше раздражать бесконечные европейские вояжи Хаббла, который на долгие месяцы прерывал работу в обсерватории. Адамс не мог понять, что Хаббл так долго делает в Европе. Посещает великосветские вечера, участвует в празднествах, выступает с одной и той же лекцией? Неужели это настолько важно, что заставляет прервать наблюдения? Однако Хаббл уже вкусил мировую славу как астроном, открывший расширение Вселенной, так что он не считал нужным менять поведение.

Конечно, Адамса можно было понять: Хаббл уезжал и возвращался, когда хотел, ничего не объясняя и никого не предупреждая. Для любого другого работника такое поведение было бы неприемлемым, но не для Хаббла, находящегося на вершине славы. Сегодня можно сказать, что Адамс не вполне понимал, какое место его подчиненный занимал в научном мире. И для Маунт-Вилсона, и для науки в целом были важны контакты Хаббла с учеными других стран и теоретиками относительности. Вероятно, Адамс должен был быть снисходительнее, однако конфликт достиг такого накала, что Адамс, уходя в отставку, настоял, чтобы Хаббл не был избран директором обсерватории, несмотря на его авторитет. И действительно: Хаббл так и не стал директором Маунт-Вилсона.

Хаббл был ужасен. Я уже пару раз был вынужден слушать его замечания, направленные против Шепли, хотя они и были полной бессмыслицей [...]. Впрочем, Шепли тоже не был ангелом.

Мартин Шварцшильд, астроном из Принстона, об отношениях Хаббла и Шепли

Не сложились отношения Хаббла и со шведским астрономом Кнутом Эмилем Лундмарком (1889-1958). Их вражда дошла до того, что Хаббл во всеуслышание обвинил Лундмарка в плагиате: якобы тот присвоил его классификацию галактик. Лундмарк тогда работал в Маунт-Вилсоне, и именно он идентифицировал отдельные звезды в галактике (МЗЗ), а также в Магеллановых Облаках.

ДИСКУССИОННЫЕ ВСТРЕЧИ