Космос становится больше. Хаббл. Расширение Вселенной

За Джесси, живого или мертвого, была назначена награда в 10 тысяч долларов. Желая получить эти деньги, один из членов банды убил его выстрелом в спину. Судя по датам жизни, родство Джесси Джеймса с Эдвином Хабблом должно быть очень близким.

Джесси Джеймс (слева) и его брат Фрэнк в 1872 году.

Вероятно, так и есть. Однажды этот бандит, державший в страхе всю округу, явился собственной персоной к родственнику Уильяма, Джону Баду Джеймсу. Он пришел со своим братом Фрэнком, оба были до зубов вооружены, однако визит оказался дружественным. Братья только хотели выяснить, не в родстве ли они с этими Джеймсами? Гости попросили поесть и собрались остаться переночевать, а когда окаменевшая от ужаса жена Бада так и не смогла приготовить им ужин, Фрэнк приготовил еду на всех. Беседуя, Джесси и Джон Бад решили, что приходятся друг другу кузенами. После разговоров братья-бандиты уснули на полу, а на рассвете уехали. Так что в биографии Хаббла имеется и такой интересный факт, редко упоминаемый исследователями: он находился в близком родстве со знаменитым бандитом Джесси Джеймсом.

Благотворное влияние на внука оказывал и дед по отцовской линии. Мартин Джонс Хаббл также был потомком работорговцев. Его звали капитаном Хабблом, хотя он практически не участвовал в военных действиях. Хаббл гордился чистотой своего рода: все его предки происходили из Англии, Ирландии и Уэльса и не имели примесей других рас. Военные привычки и некоторый расизм сильно повлияли на маленького Эдвина. Дед руководил страховой компанией в Спрингфилде (население которого составляло тогда 8000 жителей). Его жена, Мэри Джейн, была президентом компании, сын Джоэль — вице-президентом, а Джон, отец Эдвина, — секретарем. Все они вместе с самим Мартином составляли правление компании. Мартин быстро превратился в уважаемого горожанина, стал членом масонской ложи и обеспеченным человеком.

Через несколько лет страховая компания Хабблов расширила охват территории и начала работать в Маршфилде. Примерно в двух километрах от городка семья построила ранчо, на довольно обширных землях которого расположилась Земельная и фруктовая компания Хабблов, занимавшаяся в основном продажей яблок.

Отец героя нашей книги, Джон, был воспитан в духе самого сурового американского пуританства. Он поступил в Школу права при Университете Вашингтона в Сент-Луисе (Миссури), однако, по всей видимости, учебу не закончил и, следовательно, так и не смог стать адвокатом. Джон пошел по стопам отца и занялся страховым делом, сначала в качестве служащего в «Олд Амэрикен Иншуранс Кампэни» в Чикаго, а потом и в других компаниях. Эта работа была связана с частыми командировками и переездами, так что его семья тоже жила то в Спрингфилде, то в Маршфилде и даже — недолго — в Канзас-Сити и Сент-Луисе.

Джон воспитывал детей в соответствии с собственными пуританскими взглядами. Они проводили время за чтением Библии и могли приглашать в гости только тех друзей, кто принимал их семейные традиции. По всей видимости, несмотря на авторитарность, отец был ласков с детьми (хотя впоследствии Эдвин скажет, что тот разрушил ему жизнь). Отношения Джона с его супругой Дженни были непростыми. Ее все обожали, а сама она воспринимала деспотизм мужа с разумным чувством юмора.

В семье Хабблов любили музыку. Люси хорошо играла на фортепиано, отец — на скрипке, Билл — на мандолине. Похоже, только у Эдвина не было особых склонностей к музыке, но он все равно присутствовал на семейных концертах и приглашал на них друзей.

Бабушка со стороны отца, Мэри-Джейн, была маленькой и очень подвижной. Всего она дала жизнь девяти детям. Отец Эдвина, Джон Пауэлл, был вторым из них. Второе имя Пауэлл, которое получил и внук Эдвин, было девичьей фамилией Мэри-Джейн, дочери генерала Джорджа Джозефа Пауэлла. В те времена это было традицией, позволявшей не потерять девичью фамилию жены, так что второе имя Эдвина Хаббла было фамилией его прадеда. А его старшего брата звали Генри Джеймс Хаббл, по фамилии его деда Джеймса.

СТИПЕНДИЯ РОДСА

В возрасте 21 года молодой Эдвин получил престижную стипендию Родса, позволявшую три года изучать юриспруденцию в Оксфорде. Даже уехав за границу, Эдвин поддерживал тесные отношения со своей семьей. Он писал письма по отдельности отцу, матери и каждому из братьев. Однажды мать предложила ему приехать домой на каникулы: она узнала, что дни ее мужа сочтены, но не объяснила сыну причину, поэтому Эдвин не вернулся домой и не присутствовал на похоронах отца.