Красный корсар

— Сударь, знакомство, которым вы столь гордитесь, состоялось тогда же, когда и мое. Почему же вы думаете, что именно вас выберут они своим защитником? Может быть, я заблуждаюсь или дурно выполнил свой долг хозяина и они испытывают неудобства и имеют причины считать себя несчастными под моим покровительством?

Скажите сами, прелестная сударыня, кого из нас вам угодно избрать своим покровителем?

— Оставьте, оставьте меня! — воскликнула Джертред и закрыла лицо руками, словно боясь его прельстительной улыбки, как взгляда василиска. — О, если есть в вашем сердце хоть капля жалости, позвольте нам покинуть это судно!

В голосе ее звучал такой откровенный ужас и отвращение, что Корсар, несмотря на умение владеть собой, не мог скрыть глубокое страдание, которое причинили ему эти уничижающие слова. Горькая улыбка появилась на его измученном лице, и он глухо пробормотал, тщетно стараясь побороть волнение:

— Видно, я заслужил презрение всех окружающих и должен расплачиваться дорогой ценой. Сударыня, вы и ваша прелестная воспитанница вольны поступать, как вам угодно. Это судно и каюта к вашим услугам, если же вы пожелаете покинуть нас, вас примут другие.

— Мы, женщины, чувствуем себя в безопасности лишь под благодетельной сенью закона, — сказала миссис Уиллис. — Если бы…

— Довольно, — прервал Корсар. — Вы поедете вместе с вашим другом. Все покидают меня, и скоро сердце мое опустеет, точно так же, как и мое судно.

— Вы меня звали? — мягко спросил кто-то подле него, и звук этого голоса был так печален и тих, что не мог не проникнуть ему в душу.

— Родерик, — поспешно откликнулся он, — ступай вниз и займись делом. Оставь нас, милый; оставь меня на минуту.

И, словно желая поскорее прекратить эту сцену, он снова нетерпеливо ударил в гонг. Затем последовал приказ спустить в шлюпку Фида и негра и туда же отправить скудный багаж женщин. Когда все распоряжения были выполнены, он с изысканной учтивостью предложил руку миссис Уиллис, провел ее среди изумленных матросов и заботливо проследил, чтобы она вместе со своей питомицей и Уайлдером без помех спустилась в шлюпку. Фид и негр сели на весла. Корсар взмахнул рукой в знак прощания и молча скрылся из глаз тех, кому их освобождение показалось не менее чудесным и фантастическим, чем все события последних недель.

Но в ушах Уайлдера все еще звучали предостережения против возможного нападения на них команды «Дельфина». Он подал нетерпеливый знак матросам проворнее работать веслами и искусно направил шлюпку так, чтобы побыстрее вывести ее из-под пушек разбойников.

Когда они проходили под кормой, с «Дельфина» хрипло окликнули «Стрелу», и над волнами раздался голос Корсара, обращавшегося к капитану Бигналу.

— Я направляю к вам часть приглашенных, — сказал он, — и среди них все святое, что было на моем судне.

Путешествие было коротким; освобожденные пленники не успели даже собраться с мыслями, как настала пора взойти на борт королевского крейсера.

— Господи помилуй! — воскликнул Бигнал, увидев в иллюминатор, что в лодке женщины. — Господи помилуй нас обоих, пастор! Этот безголовый юнец посылает нам пару юбок! Так вот кого распутный нечестивец называет святыми созданиями! Нетрудно догадаться, где он подобрал этих особ, но не волнуйтесь, пастор: кругом одна вода, а без свидетелей можно ненадолго и позабыть о своем сане.

Старый капитан говорил шутливым тоном и, видно, склонен был простить дерзкую выходку младшего офицера. Но, когда на палубе появилась прелестная Джертред, щеки которой еще пылали от пережитого волнения, старик от изумления стал тереть глаза, как будто с облаков действительно спустилось святое существо.

— Ах, бессовестный негодяй! — воскликнул добрый старик. — Совратить такую юную и прелестную девушку!

Но что я вижу! Клянусь жизнью, это мой лейтенант! Что это значит, мистер Арк? Времена чудес, кажется, прошли?

Слабый крик, вырвавшийся, казалось, из самого сердца миссис Уиллис, как эхом отозвался в глухом и горьком возгласе капеллана и прервал дальнейшие излияния изумленного Бигнала.

— Капитан Бигнал, — произнес пастор, указывая на трепещущую женщину, которая еле держалась на ногах и, чтобы не упасть, оперлась на руку Уайлдера, — клянусь, вы заблуждаетесь насчет этой дамы. Более двадцати лет прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз, но я честью своей ручаюсь за ее благородство и чистоту.

— Проводите меня в каюту, — прошептала миссис Уиллис. — Джертред, дитя мое, куда мы попали? Проводите меня куда-нибудь подальше отсюда.

Желание ее было исполнено, и дамы вместе со своими спутниками поспешно укрылись от взоров любопытных зрителей, толпившихся на палубе. Здесь взволнованная женщина несколько оправилась, и ее блуждающий взор вновь упал на кроткие черты капеллана.

— Какая горестная и запоздалая встреча! — сказала она, прижимая к губам его руку. — Джертред, перед тобой тот самый пастор, который обвенчал меня с человеком, некогда бывшим гордостью и счастьем всей моей жизни.