Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

После коронации Карла внимание папы Климента VII переключилось на Флоренцию. Император пообещал вернуть Медичи власть в этом городе. Но Климент не был уверен, когда император начнет эту кампанию. Кроме того, велись переговоры о будущем Милана (в 1521 году при поддержке Карла герцогом стал Франческо II Сфорца, но позже он переметнулся на другую сторону) и возвращения захваченных Карлом территорий, на которые претендовали Папская область и Венеция. Впрочем, более всего Климента интересовали вопросы домашние. Уроки папства Борджиа и кампаний Чезаре показали, что семейные территории нужно как следует обеспечить до смерти папы, а весной 1529 года Климент серьезно заболел – настолько серьезно, что, полагая себя уже на смертном одре, он сделал кардиналом старшего племянника, Ипполито. Так он надеялся упрочить власть семьи хотя бы в Церкви. (Ипполито не был этим особо доволен, поскольку теперь потенциальным правителем Флоренции становился младший племянник Алессандро. Соперничество племянников в следующие семь лет привело к ужасным последствиям.)

Во Флоренции Микеланджело отложил работу над капеллой Медичи в Сан-Лоренцо и над новым заказом парной скульптуры к «Давиду» для нового правительства (скульптуру «Геркулес, победивший Какуса» позже изваял Баччо Бандинелли). В январе 1529 года Микеланджело вошел в Коллегию девяти – городской комитет, отвечающий за оборону города. Эта работа мало чем походила на его первый военный опыт: в начале XVI века он вместе с Макиавелли работал над проектом изменения русла реки Арно во время конфликта Флоренции и Пизы[764]. Микеланджело разработал планы земляных работ у городских работ, но у него возник конфликт с гонфалоньером Никколо Каппони, который выступил против строительства укрепления на возвышенности Сан-Миниато для защиты города с юга[765]. В апреле Каппони был смещен со своего поста, а Микеланджело стал главным управляющим и смотрителем укреплений и крепостных стен Флоренции. Он наблюдал за ходом работ по проекту Антонио да Сангалло Младшего[766].

Часть лета Микеланджело провел в Ферраре. Работы тем временем продолжались без него. В 1529 году Микеланджело окончательно покинул Флоренцию.

«Я уехал, не сказав никому ни слова и в большом смятении духа… Но во вторник утром 21 сентября ко мне, за ворота Сан-Никколо, где я находился на бастионах, пришел некто и шепнул на ухо, что, если я хочу остаться в живых, мне нельзя больше задерживаться в городе. Он сопровождал меня ко мне домой, закусил со мной, привел мне лошадей и не покидал меня, пока не вывел меня из Флоренции, говоря все время, что в этом мое спасение. Бог ли то был или дьявол, я не знаю».

Вспоминая этот эпизод позже (симпатизирующий республике историк Джамбаттиста Бузини опрашивал свидетелей тех событий и смены режима во Флоренции), Микеланджело назвал причиной своего отъезда разногласия с кондотьером Бальоне Малатестой. Малатеста действительно оказался предателем, и это могло повлиять на слова Микеланджело. Впрочем, не нужно было быть хитроумным политиком, чтобы осенью 1529 года чувствовать, что республиканский режим доживает последние месяцы[767].

Последняя большая осада Итальянских войн началась в октябре 1529 года. Флоренция располагалась на обоих берегах реки Арно. Защитники города закрепились на высоком южном холме, где находилась церковь и монастырь Сан-Миниато, укрепленные под руководством Микеланджело. Город защищали около пятнадцати тысяч солдат. Если в начале осады две трети армии составляли наемники, то со временем две трети стали составлять собственные солдаты[768]. Самые зрелые из них должны были помнить разграбление Прато семнадцатью годами раньше, а самые младшие слышали эти истории. Кроме того, приверженность граждан идеям старинных свобод Флоренции была настолько велика, что помогала им справляться с тяготами и лишениями. Ни Карл, ни Климент этого идеологического фактора не учли. (Память об осаде жива и сегодня: каждый год во Флоренции проводится футбольная игра, знаменующая день, когда осажденные сыграли свой традиционный матч.) Долгая осада началась с артиллерийского обстрела. Флорентийцы установили пушку на городской колокольне и стреляли оттуда, а испанцы сосредоточили огонь на стратегической высоте Сан-Миниато[769]. Во Флоренции начались проблемы с провизией. Жители опасались, что враг отравит воду, еще больший страх вызывало наступление вражеской армии. Какое-то время припасы удавалось доставлять в город контрабандой. Как это часто бывает в подобных обстоятельствах, сильнее всего страдали самые социально незащищенные слои общества. Флорентийцы серьезно задумывались над тем, чтобы отправить женщин и детей из города, но все боялись нападения имперской армии. В конце концов было решено отправить только «проституток» и сохранить честь благородных женщин. Флорентийских мужчин мало волновало, изнасилуют сексуальных рабынь или нет.