Крестьянский Брест, или предыстория большевистского НЭПа

В защиту налога выступил прикамский губпродкомиссар А. С. Изюмов. Он акцентировал внимание на том. что разверстка стремится только извлечь готовый продукт и не берет в расчет производство. Если хотеть улучшить сельское хозяйство и наладить политические отношения с крестьянством, то надо давать разверстку заранее, прежде посева, и излишки по выполнении разверстки должны остаться в распоряжении крестьянина.

Самарский продовольственник Легких также поддержал Пригожина: монополии практически не существует. Есть только метод выкачивания хлеба. Необходимо применять методы, дающие наибольший результат. «Думаю, что тот метод, который предлагает товарищ Пригожий, дает нам большие результаты», — сказал Легких.

Возражения противников налоговой системы содержали в основном один и тот же аргумент: налог подрывает монополию и открывает дорогу свободной торговле излишками. Жупел свободной торговли еще сковывал сознание большинства совещания, впрочем, едва ли в большей степени, чем делегатов будущего X съезда РКП(б). Даже сторонники налога, в том числе и Пригожий, старались уйти от откровенного ответа. Пригожий полагал употребление излишков на улучшение хозяйства. Изюмов был еще более противоречив, он признавал необходимость оставления излишков в распоряжении крестьян и в то же время говорил о сохранении монополии путем борьбы со свободным провозом.

Только Легких обнаружил большую независимость в суждениях: «Некоторые боятся свободной торговли… Мне кажется, мы думаем жить не только сегодня и завтра». Излишки хлеба могут пойти государству в обмен на продукты, которые может дать Западная Европа.

Государственные интересы в развитии хозяйства и политическом равновесии боролись на совещании с государственным же стремлением к монополии над всеми продуктами крестьянского труда, «стремлениями передать в распоряжение государства все то, что мы имеем», — так высказался Фрумкин в заключительной речи.

Борьба эта происходила в несколько приемов. Совещание отвергло предложение Фрумкина безотлагательно проголосовать принцип разверстка — налог, чтобы не было лишних прений по выработке резолюции[444]. Дискуссия переместилась в заготовительную секцию. Там же работа над резолюцией предварительно велась в специальной подсекции разверсток, где на голосовании стояли два проекта — Пригожина и Наркомпрода. Наркомпрод, разумеется, исходил из развития принципа монополии и разверстки на все излишки основных продуктов, каковая должна производиться «не на основании подушного или подесятинного обложения, а на основании учета экономической мощности хозяйств». Проект резолюции Пригожина мы даем полностью как документальный памятник борьбы за НЭП:

«1. В основу обложения должен быть положен определенный объект обложения, коэффициенты обложения и должны быть установлены определенные гарантии выполнения этого обложения.

2. Объектом обложения должна быть определенная единица обложения посевной площади.

3. Коэффициент обложения должен быть установлен применительно к местным условиям, что осуществляется установлением особого коэффициента для каждой местности путем разделения республики на особые пояса.

4. Внутри губерний может быть установлен различный коэффициент в зависимости от производительности земли отдельного района.

5. Для обеспечения интересов бедноты и в целях перенесения всей тяжести обложения на более крепкие хозяйства должен быть установлен определенный минимум посевной площади, которая обложению не подлежит.

6. Гарантией выполнения обложения является все имущество лица, не сдавшего причитающегося по обложению продукта»[445].

При голосовании резолюций мнения разделились поровну, 7 — за резолюцию Пригожина, 7 — за резолюцию Наркомпрода. Голосом председателя подсекции Е. И. Бунина, управляющего отделом Заготхлеба, принимается последняя[446].