«Крестная дочь» Кремля. «Семейные» тайны Татьяны Дьяченко

Дьяченко уже глубоко ранила огласка, которой были преданы предположения о ее возможной причастности к делу «Мабетекс». По словам ее знакомого, ситуация с возможным предъявлением обвинений обсуждается в высших кремлевских кругах уже по меньшей мере год. Но, даже принимая это во внимание, нет сомнений, что если этот день наступит, Дьяченко и ее отец будут потрясены. Официальное обвинение будет вращаться вокруг хорошо известных предположений о том, что «Мабетекс» открыла Дьяченко, а также ее сестре Окуловой счет по кредитным картам в 1993 году – как раз перед тем, как этой компании был предоставлен контракт на реконструкцию Кремля. Паколли, предположительно, оплачивал эти счета. По сведениям информированного источника в Москве, счета были открыты без согласия дочерей Ельцина. Однако они ими пользовались и потратили довольно большую сумму денег.

Этот же источник сообщает, что в ельцинскую эпоху коррупции в ходу были не столь уж ошеломляющие суммы – сотни тысяч, а не миллионы долларов. «Это были дни игры в теннис, беззакония и гиперинфляции, – подчеркивает он. – Все вокруг обогащались. Нельзя забывать, что эти люди (Ельцины) выросли в мире очередей за колбасой и двухкомнатных квартир. Я не могу их за это осуждать».

Борис Ельцин вошел в историю как человек, покончивший с российским коммунизмом. Но вскоре после этого президент превратился в копию Леонида Брежнева в его последние годы. Имя Александра Коржакова считалось в политических кругах синонимом личной преданности. Но вспоминать его будут как человека, представлявшего одно время самую серьезную угрозу для демократии в России и предавшего своего патрона. В одном ряду с этими политиками – и Татьяна Дьяченко. Лучше всего об этом рассказала сама Татьяна Борисовна, в частности о Романе Абрамовиче:

«Как он этой Чукоткой болеет! Детей вывозит на Черное море, заботится, чтоб там топливо было, электричество… И все это за свой счет. Наверное, мог бы за эти деньги купить себе дом, яхту, плавать, расслабляться, отдыхать и ни о чем не думать».

Забота Романа Аркадьевича о своих избирателях, конечно, заслуживает всяческих похвал. Но называть Абрамовича меценатом-бессребреником по меньшей мере смешно. Вряд ли Татьяна Борисовна может не знать, что у Абрамовича есть две заграничные виллы. Одна – в районе германского горнолыжного курорта Гармиш-Партенкирхен, и другая – на Лазурном Берегу Франции. (Оба дома записаны, правда, на подставных лиц.) Романа Аркадьевича также часто видят катающимся в Средиземном море на громадных океанских яхтах «Стрим» или «Софи Чойсес». Имя их владельца точно неизвестно. Но, по достоверным данным, стоимость аренды судов такого класса составляет от 10 до 30 тысяч долларов в день (!). Кроме того, на деньги, которые магнат заработал на своей близости к власти, можно прокормить хоть двадцать Чукоток…

На вопрос интервьюера: «Некоторые газеты все последние годы со страшной ненавистью писали о президенте…» – Татьяна отвечала: «Такое ощущение, что не любят они свою страну, стыдятся ее, ругают как только можно… Это их проблемы… Я горжусь своей страной, считаю ее самой лучшей!»

Иными словами, кто ругает меня, тот ругает Россию. Или, как изящно выразил эту мысль французский король Людовик XIV: «Государство – это я!» Отказаться от попыток анализа прошлой политической роли Татьяны Борисовны было бы большой ошибкой. Волей судеб Татьяна Юмашева в течение почти четырех лет находилась в самом эпицентре кремлевской власти. Таким образом, она уже прочно вошла в российскую историю.

В своей книге «Президентский марафон» Ельцин был вынужден дать собственную интерпретацию народному понятию «Семья».

«Работа, которую потом мои политические противники назовут влиянием на президента «Семьи» – вот так, с большой буквы, – на самом деле заключалась в моих встречах с главой администрации, его замами, советниками, обсуждении выработанных ими предложений и, наконец, принятии президентом окончательного решения. По такой схеме я работал все последние годы. И хотя сначала «регентом» называли Чубайса, затем – уже членами «Семьи» – Юмашева и Волошина, суть претензий не менялась. За спиной президента, мол, кто-то втихую действует.

Подтверждаю. Действительно, за моей спиной стояла большая, крепкая, слаженная команда. И если кому-то этот термин «Семья» больше нравится, можно сказать и так: членами моей «Семьи» были и Чубайс, и Волошин, и Юмашев, и Джохан Поллыева, и Сергей Ястржембский, и Вячеслав Сурков, и Руслан Орехов, и Игорь Шабдурасулов, и Михаил Комиссар, и Александр Ослон, и Михаил Лесин, и Юрий Заполь, и Ксения Пономарева, и Константин Эрнст, и Олег Добродеев, и Сергей Зверев – пока работал в администрации, и Игорь Малашенко – в первые годы после выборов 96-го, и Алексей Громов, и Олег Сысуев, и Сергей Приходько, и Дмитрий Якушкин, и Андрей Шторх…»

Бывший руководитель Службы безопасности президента Александр Коржаков внес существенное дополнение к списку членов «Семьи», предложенному его «боссом»: «Вообще-то список надо начать с Березовского, Абрамовича и Мамута. А так добавить нечего».