«Крестная дочь» Кремля. «Семейные» тайны Татьяны Дьяченко

О том, как живут «избранные», Валентин знал не понаслышке. Почти все его детство прошло в подмосковном писательском поселке Переделкино. Он видел, как пичкали икрой, музыкой, живописью и книжками соседских ребятишек их родители. А его мама убирала писательские дачи, стирала и гладила белье для их обитателей. Малой родиной Юмашева был сибирский город Пермь. У приезжего москвича случился непродолжительный роман с воспитательницей детского садика. Никаких планов на совместную жизнь будущие родители Валентина не строили. В Москве режиссера ждала семья, но он помог им с матерью перебраться поближе к Москве. Накопленных обид за себя и за мать Валентин отцу не простил и навсегда вычеркнул его из жизни. Но детские наблюдения за богемной жизнью Переделкино, похоже, запали в душу.

…Вскоре Таня и Валя выдали замуж дочку Юмашева, Полину, за известного предпринимателя Олега Дерипаску. Татьяна очень изменилась: ни щечек, ни пухленьких ручек. Бесхитростность одежды отступила, она надела черное и замысловатое. Ее милое личико, изменившееся после мастерски сделанной пластической операции, украсило обложку одного журнала. В нем она дала «откровенное» интервью о себе, о папе, о своей прошлой и нынешней жизни, о некоторых «олигархах». Как всегда – ни слова правды, но многие восприняли интервью как эталон искренности. Она развеяла много мифов, мимоходом создав новые. «Абрамович, между прочим, очень милый человек». «Мамут очень умный».

Потом вышел фильм о ее папе, Борисе Ельцине, – фильм из серии «Жизнь после жизни». Очень сложный жанр, потому что показать надо было пожилого, а не дряхлого политика. Продемонстрировать его не всеми забытого, а «с крепким рукопожатием», счастливо отдыхающего в лоне семьи, большой и дружной. Но политик получился дряхлым. Он непослушными руками вешает игрушки на елку, медленно шутит, говорит нудный тост, а дети тихо переговариваются за столом, томясь желанием опрокинуть по бокалу шампанского…

Таня, в черном платье, она, как монахиня, все время при папе: «Папочка, я сейчас, папочка, это бьющийся предмет, ай, упало!» Ее сестра обвешана детьми. Почему она с внуком и мужем, а наша героиня – одна и в черном? Где ее дети – великовозрастный Борис и пятилетний Глеб? Почему они не рядом с нею? Неужели у нее нет своей личной жизни?

Эта женщина, изменившая внешность, какое-то время была канцлером государства, ее рука дергала за невидимые ниточки гигантского театра марионеток. Она снимала и назначала вице-премьеров, летала на несколько часов в Нижний, чтобы уговорить Немцова войти в правительство. Самые завидные мужчины страны искали ее внимания: Роман Абрамович, Анатолий Чубайс, Игорь Малашенко… Казалось, только пожелай, любой из них бросил бы ради нее свою семью.

Она проводила выборы президента, возглавляла предвыборный штаб, закрутившись в круглосуточной политической карусели. А тем временем в колыбели лежал ее новорожденный сын. В тот период она почти не занималась этим мальчиком. Казалось, у нее было все, о чем может мечтать женщина, даже такая тщеславная, как она. Но судьба вдруг преподнесла свои тяжелые уроки. На голову посыпались несчастья. Маленький сын оказался тяжело болен. Она бежала от этой муки в государственные заботы.

Что-то ее удерживало от того, чтобы по-настоящему открыть свое сердце кому-либо из мужчин. В то время общество жаждало что-нибудь о ней узнать, но не знало ее в лицо. Это приводило к смешным и даже неприличным ошибкам. На юбилее у Мстислава Ростроповича в Питере, где собрался бомонд со всей страны, репортер первого канала вдруг скажет, что вот-де приехал поздравлять юбиляра Чубайс с Татьяной Дьяченко. И показали Чубайса: он стоял рядом со своей законной женой Марией, а не с Татьяной, как было объявлено. Корреспондента потом выгнали – Татьяна была очень щепетильна в вопросах своей репутации.

Про ее мужа Алексея было известно, что он был «простой инженер», а потом вроде бы занялся деревообработкой. Потом некая желтая газета написала, что в студенческие годы она родила сына от однокурсника. В этой истории она выглядела живой, страдающей женщиной. И это ей не понравилось. Эту статью главная дочка принесла главе «Газпрома», так как была уверена, что газовый король владеет этой желтой газетой, и потребовала немедленно ее закрыть, а журналистов выбросить на улицу.

Папе пришлось специально оговорить этот момент в своей второй книге «Записки президента». «Первый брак» его любимой дочери, как писал Ельцин, был скоропалительным. Случился потому, что дочь рано получила самостоятельность и воспользовалась ею себе во вред. Западные издания получили от кремлевских имиджмейкеров интимные сведения о том, что родители первого мужа были махровыми коммунистами-сталинистами и с такими людьми, конечно, ни в какие родственные отношения первый секретарь обкома вступать не мог. Имя первого мужа Вилен означало, оказывается, сокращенное имя «Владимир Ленин»…