Крестный путь Игоря Талькова

Пухом выстлана земляУ истоков наших лет,И не скошены поля,И безоблачен рассветУ истоков наших лет.У истоков наших лет…Зимней сказкой пахнет снег,Дождь струится золотойВ босоногой той стране,Всем нам милой и родной.В босоногой той странеДождь струится золотой…И все вокруг красиво, красиво, красиво,Как в волшебном сне,В той, всегда счастливой, счастливой,счастливой —Сказочной стране.Там добрые улыбки, теплые улыбки,Открытые сердца,Там беззаветной дружбе нет конца.И все вокруг красиво, красиво, красиво,Как в волшебном сне,В той, всегда счастливой, счастливой,счастливой —Сказочной стране.Там теплые метелиКрылатые качели,Цветущие сады…Там каждый день рождаются мечты.«Страна детства»

Любимым нашим развлечением было устраивать дома кукольные представления. В качестве театральной ширмы использовалась «заборка». Что такое «заборка»? Дело в том, что кухни как таковой в бараке не существовало. Из общего коридора был вход сразу в комнаты. С правой стороны стояла печь, не с лежанкой наверху, а обычная печь с духовкой.

Кстати, мы очень любили, когда мама пекла в печке пироги, ватрушки, печенье. А раньше люди очень часто этим занимались. Это теперь только по праздникам испекается пирог или что-нибудь вкусное из теста. А в те времена каждую неделю что-нибудь затевалось: то пироги с фруктами, то с овощами, потом с картошкой. Мы выпрашивали кусок теста, чтобы самим что-нибудь вылепить и выпечь: зайчиков, лисичек, а то пистолет какой-нибудь придумаем. Потом за столом кричишь:

– Смотрите, какой красивый пирожок получился! Это я испек.

Но печь стояла в комнате. Необходимо было отделить помещение, где готовилась еда и хранились продукты, то есть сделать кухню. Мы с отцом поставили перегородку, не доходившую полметра до потолка, отделявшую печь от комнаты. В народе эта перегородка называлась «заборка», от слова «забор».

Эта «заборка» являлась прекрасной ширмой для кукольных спектаклей. Как правило, «театр» устраивался, когда мы с Игорем оставались вдвоем. А мне гораздо больше нравилось представлять, когда мы были одни. Если в комнату входили папа или мама, сразу исчезало таинство, не было ощущения, что игрушки оживают: птички, петушок, заяц, слон сами ходят.