Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

В конце беседы всплыли и «неудобные вопросы»: о судьбах иерархов, в разные годы осужденных и находившихся в местах лишения свободы, о снятии ограничений по прописке и выборе места проживания для духовенства, отбывшего свои сроки. Сталин дал обещание разобраться в каждом отдельном случае и поручил Карпову лично заняться этими проблемами.

Когда со стороны приглашенных просьбы и пожелания были исчерпаны, Сталин спросил гостей, нет ли у них еще каких-либо вопросов к нему. Они молчали.

– Ну, если у Вас больше нет к правительству вопросов, то, может быть, будут потом. Правительство предполагает образовать специальный государственный аппарат, который будет называться Совет по делам Русской православной церкви, и председателем Совета предполагается назначить т. Карпова. – Тот встал. – Обращаясь к нему, Сталин обронил:

– Подберите себе двух-трех помощников, которые будут членами вашего Совета, образуйте аппарат. Но только, во-первых, помните, что вы не обер-прокурор, а во-вторых, в своей деятельности больше давайте самостоятельности Церкви.

Вступил в разговор и до сего времени молчавший В. М. Молотов:

– Когда руководство Русской церкви могло бы принять делегацию Англиканской церкви, желающей нанести визит в Москву?

– Думаю, сразу же после Архиерейского собора это можно было бы сделать, – ответил Сергий.

– Наверное, у вас будет много дел и до, и сразу после Собора… Давайте наметим приезд Англиканской делегации через месяц.

– Мы будем готовы.

Обращаясь к Молотову, Сталин предложил:

– Надо будет довести до сведения населения информацию о сегодняшней встрече и потом об избрании патриарха.

– Может, следует вызвать фотографа?

– Пожалуй, поздно, второй час ночи… поэтому сделаем это в другой раз.

– Давайте тогда составим информацию для завтрашних газет, – предложил Молотов.

Получилось коллективное творчество: каждый из участников встречи вносил замечания и делал поправки. После завершения проекта текста митрополит Сергий выступил с благодарственным словом в адрес правительства и лично Сталина.

Сталин стал прощаться с митрополитами, провожая их до дверей своего кабинета.

Ближе к двум часам ночи митрополиты возвратились в Елохово. Поздний час и усталость давали о себе знать, но все были взволнованы, радостны и полны радужных надежд. Сергий был под впечатлением от встречи. По обыкновению, несмотря на поздний час, он ходил по своей маленькой комнате и о чем-то думал. Келейник Иоанн (Разумов) вдруг услышал: «Какой он добрый! Какой он добрый!»

Келейник то ли сам себе сказал, то ли спросил:

– Так он неверующий? Разве можно от такого ждать добра?

– А знаешь, Иоанн, – остановившись напротив, сказал Сергий, – кто добрый, у того в душе живет Бог[338].

После непродолжительного отдыха, ранним утром 5 сентября митрополит Сергий прибыл в Богоявленский собор. Несмотря на ранний час, храм был переполнен. Неясные слухи и предположения о ночной поездке владыки в Кремль уже витали в воздухе. Все ожидали разъяснений. В завершении службы митрополит Сергий кратко сообщил о состоявшейся беседе со Сталиным и о Соборе епископов, который намечено созвать в самые ближайшие дни, а также о переезде учреждений Патриархии в новое здание, где уже кипела работа по его расконсервации и необходимому ремонту.

Утренние газеты вышли с сообщением ТАСС о встрече Сталина с митрополитами Русской церкви. Из него читатели не только в СССР, но и за рубежом поняли, что в Советском Союзе начинаются новые времена для церкви.