Читаем Крестовые походы. Взгляд с Востока полностью

В этом году (497/1103–1104) некоторые корабли из земли франков достигли Лаодикеи. Они привезли солдат, купцов, паломников и других людей. Сен-Жилль использовал их как сухопутное и морское подкрепление в осаде Триполи и продолжал нападать на город. Но он не смог довести дело до конца и стал нападать на Джубайль. Когда жители поняли, что дальнейшее сопротивление бесполезно, они попросили мира и сдали город. Но франки не выполнили условий мирного соглашения. Они захватили имущество мусульман, используя все доступные им формы насилия, и даже пытки. После Джубайля франки пошли дальше к Акре на помощь Балдуину, королю Иерусалима. Город был осажден с суши и моря. Его правителем был некий Банна, известный, как Захр ад-Даула аль-Джуйуши, по имени фатимидского визиря аль-Малика аль-Джуйуши аль-Афдаля. Он оказал упорное сопротивление, хотя атаки не прекращались, но в конце концов капитулировал и покинул город. Франки взяли его штурмом и обрушили всю свою ярость на население. Правитель бежал в Дамаск, но через некоторое время вернулся в Египет, чтобы защититься перед аль-Афдалем, который принял его объяснения.

Глава 2

Следующие страницы, тоже взятые из трудов ибн аль-Атира, описывают два важных процесса: энергичное сопротивление мусульман натиску франков на Харран, аванпост на пути в Багдад, и формирование в это время франко-мусульманской коалиции для ведения войн между собой. Отсутствие объединяющей политики у мусульман, которая дала преимущества крестоносцам, «заразило» победителей, и Балдуин Эдесский и Танкред Антиохийский не испытывали никаких угрызений совести, заключая союзы с противоборствующими мусульманскими эмирами.

Сук Ан и Чекермиш возглавляют экспедицию против франков

Ибн аль-Атир

Пока франки завоевывали и обустраивались на территориях ислама, правители и армии ислама воевали между собой, сея разлад и вызывая отсутствие единства среди своих народов и ослабляя их могущество, которое они могли бы использовать для противоборства с врагом. В городе Харран правил один из мамлюков Малик-шаха по имени Караджа, который годом раньше покинул город под командованием Мухаммеда аль-Исфахани. Этот человек, опираясь на народную поддержку, восстал против Караджа, потому что тот был тиран, а аль-Исфахани – умный и грамотный человек. Единственным сторонником Караджа в Харране был турок по имени Жавали, с которым аль-Исфахани подружился и сделал его командиром армии. Однажды, когда они вместе пили и аль-Исфахани опьянел, Жавали убил его – с молчаливого согласия одного из слуг. Затем франкская армия из Эдессы пошла на Харран.

Муин ад-Даула Сукман и Шамс ад-Даула Чекермиш (первый, как уже говорилось раньше, был артукидским эмиром Хисн-Кайфы, а второй – эмиром Мосула) устроили вендетту, вызванную убийством Чекермишем племянника Сукмана. Об этом пойдет речь дальше. Узнав, что случилось, они предложили объединить свои силы, чтобы спасти положение в Харране. Каждый заявил, что отдает себя Аллаху и ждет награды только от него. Они приветствовали инициативы друг друга и встретились на берегу реки Хабур, где подтвердили свой союз. Вместе они пошли на франков. У Сукмана было 7000 туркменских кавалеристов, а у Чекермиша – 3000 турецких конников, а также арабы и курды. Они встретили врага на берегу реки Балих, где в мае 1104 года состоялась битва. Мусульмане сделали вид, что отступают, и франки преследовали их на протяжении двух фарсахов. Потом мусульмане набросились на своих преследователей и убили их. Туркмены взяли много добычи. Добыча оказалась не только большой, но и очень ценной, потому что они находились рядом с регионами, где властвовали франки. Боэмунд Антиохийский и Танкред Галилейский находились на некотором расстоянии от главных сил армии. Они прятались за холмом, откуда должны были напасть на мусульман в разгар битвы. Появившись, они обнаружил, что франки бегут, а их владения грабят. Они дождались ночи и отступили, преследуемые мусульманами, которые убили и взяли в плен многих. Боэмунд и Танкред с шестью рыцарями спаслись. Балдуин Эдесский бежал с группой своих графов. Они направились в сторону Балиха, но их кони увязли в грязи, и их схватил отряд туркмен Сукмана. Балдуина отвели в шатер хозяина, но Сукман в это время отсутствовал – вместе с отрядом он преследовал Боэмунда. Воины Чекермиша поняли, что армия Сукмана захватила добычу из лагеря франков, в то время как сами они вернулись с пустыми руками, и сказали Чекермишу: «Что мы должны говорить нашим людям или туркменам, если солдаты Сукмана захватили всю добычу, а у нас нет ничего?» Они убедили его захватить графа из шатра Сукмана. Когда Сукман вернулся, он очень разозлился, а его люди вскочили в седла и приготовились броситься в погоню. Но Сукман остановил их и сказал: «Мусульмане лишатся мужества из-за нашей ссоры и обрадуются нашему примирению. Я не желаю доставлять удовольствие противнику. Он не увидит, как я даю волю гневу и выплескиваю его на своих собратьев по вере».

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Конец веры. Религия, террор и будущее разума
Конец веры. Религия, террор и будущее разума

Отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие современных верующих от критики. Блестящий анализ борьбы разума и религии от автора, чье имя находится в центре мировых дискуссий наряду с Ричардом Докинзом и Кристофером Хитченсом.Эта знаменитая книга — блестящий анализ борьбы разума и религии в современном мире. Автор демонстрирует, сколь часто в истории мы отвергали доводы разума в пользу религиозной веры — даже если эта вера порождала лишь зло и бедствия. Предостерегая против вмешательства организованной религии в мировую политику, Харрис, опираясь на доводы нейропсихологии, философии и восточной мистики, призывает создать по-истине современные основания для светской, гуманистической этики и духовности. «Конец веры» — отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие верующих от критики.

Сэм Харрис

Критика / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Документальное
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов

Ритуалы и тексты, с помощью которых люди разных культур пытаются примириться с идеей смерти, интересовала еще классиков социальных наук — Э. Тайлора, Э. Дюркгейма, Б. Малиновского. К на стоящему моменту дисциплинарные границы death studies стали намного шире, а сама эта область гуманитарных исследований претендует на статус одной из самых популярных и активно развивающихся. Книга антрополога и теолога Дугласа Дэвиса представляет собой обзорный труд, способный послужить прекрасным введением в эту научную традицию. Дэвис опирается на концепцию «слова против смерти», которая рассматривает похоронную обрядность как ответ человека на самый пугающий аспект собственной природы, попытку адаптации к нему и даже его преодоления. С этой позиции ученый рассматривает большой круг вопросов, который включает в себя человеческие реакции на утрату близких и теории горя, околосмертные переживания и символическую смерть, историю кремации и отношение к ней в разных культурах, смерть домашних животных и смерть в Интернете, новые виды экологических захоронений и крионику.Дуглас Дэвис — профессор религиоведения и директор Центра исследований смерти и жизни Даремского университета, Великобритания.

Дуглас Дэвис

Религиоведение