Криминальный гений

«Сегодня мы заявляем об аресте Джозефа Хантера», — произнес с возвышения утром 27 сентября 2013 года Прит Бхарара, одетый в темный костюм и узорчатый галстук прокурор Соединенных Штатов в Южном округе Нью-Йорка. В зале для прессы в центре Манхэттена защелкали фотографы. С телевизионных камер за их спинами велась трансляция о пресс-конференции Бхарары для международных новостей. «Леденящие кровь обвинения в тексте сегодняшнего постановления как будто бы взяты со страниц романа Тома Клэнси, — сказал Бхарара. — Строки обвинения говорят об интернациональной банде снайперов-наемников, использующих свою подготовку в элитных отрядах для осуществления преступных замыслов».

Тем утром федеральный суд огласил обвинительный акт, в котором четко очерчивались упомянутые преступные замыслы. Хантеру, сорокавосьмилетнему ветерану американской армии, вменялась в вину организация международного ударного отряда, состоявшего из бывших американских, польских и немецких солдат. Их задачей было устранение агента УБН и его информатора по приказу колумбийского наркокартеля, они должны были получить 800 000 долларов. «Нынешние аресты, — объяснил Бхарара, — это удачное завершение смелого расследования, имевшего глобальный характер в мире и проведенного обыкновенными сотрудниками правоохранительных органов, агентами Отдела спецопераций УБН». Тайская полиция задержала Хантера двумя днями раньше, в укромном явочном месте на поле для гольфа в Пхукете. В то самое время еще двое участников отряда убийц были взяты в Либерии, когда они готовились к нападению. Четвертого и пятого наемников поймали в Эстонии, где они обеспечивали безопасность доставки партии наркотиков в США. Всех пятерых ожидала экстрадиция, чтобы предстать перед судом в Нью-Йорке.

Заявление прокурора попало в заголовки по всему миру, не в последнюю очередь из-за прозвища Хантера — «Рэмбо», по словам представителей суда. Когда я прочитал обо всем этом на следующее утро, я не мог не согласиться с Бхарарой: было похоже на вымысел романиста. Заинтригованный, я вышел в Интернет и скачал обвинительный акт. Из него я узнал, что параграфы этого судебного заключения напоминали литературный вымысел отчасти потому, что и были, в некотором смысле, им. Вся затея — заказное убийство агента УБН, наркосделка — оказалась тщательной инсценировкой, своего рода провокацией. Тех двоих, которых намеревались убить Хантер и его команда, вообще не существовало. Их выдумали в УБН, ставя хитроумную ловушку отряду Хантера, вовлекая их в организацию покушения на жизнь фантомных персонажей.

Большая часть дела не предавалась федеральным судом огласке, но в постановлении изображался тайный мир аморальных наемников, действовавших с полнейшей безнаказанностью и недолго думая бравшихся за организацию убийств. На записях, сделанных УБН посредством микрофонов, спрятанных на пхукетской конспиративной квартире Хантера, он инструктировал своих солдат относительно заданий, полученных от мнимых колумбийцев, в том числе о заказных убийствах, которые он называл «премиальной работой». «Это работа что надо, — наставлял он своих бойцов. — Ты видишь в кино Джеймса Бонда и говоришь: «О, ну такое я бы тоже сумел сделать». Что ж, давай, давай сделаем теперь». Он хвастался премиальной работой, которую ему уже доводилось выполнять в прошлом или для выполнения которой ему случалось нанимать других, включая, как уточнялось в акте, «организацию убийств двух женщин-риелторов».

История с провокацией приобретала в моих глазах гнусный облик. Но меня мучил вопрос: почему УБН придавало такое большое значение Хантеру? Забрасывало ли Управление наобум крючки по всем злачным местам мира, предлагая совершить убийство в надежде, что кто-нибудь да клюнет? Или они как-то сами вышли на Хантера и поставили себе целью поимку именно его?

Потом обстоятельства стали еще более странными. Через два месяца после пресс-конференции, в ноябре 2013 года, Южный округ объявил еще об одном сенсационном аресте. На этот раз — группы подозреваемых в том, что они планировали ввозить огромными партиями в США северокорейский метамфетамин. Опять задержания последовали за провокацией, подготовленной УБН, использовавшим подставных членов колумбийского картеля. Опять аресты в Пхукете. Опять бо́льшая часть уголовного дела не подлежала огласке, много было скрытого от глаз общественности, даже американской. Департамент юстиции, казалось, вновь жаждал произвести фурор. «Метамфетамин опасный, потенциально смертельный наркотик, где бы он ни производился, — говорилось в заявлении Бхарары для прессы. — Если он оказывается где-то рядом, возникает серьезная угроза здоровью населения, откуда бы он ни взялся, из Нью-Йорка, из другого штата или из Северной Кореи».