Криминология. Теория, история, эмпирическая база, социальный контроль

Одним из наиболее значимых показателей цивилизованности/ нецивилизованности современного общества, демократичности/ авторитарности (тоталитарности) политического режима служит сохранение смертной казни в системе наказаний или же отказ от нее. Сохранение смертной казни во многих штатах США и в Японии (правда, там она применяется чрезвычайно редко) свидетельствует, с моей точки зрения, о недостаточной (неполной) их цивилизованности. Подробнее вопрос о смертной казни будет рассмотрен в следующей главе.

Другим важным элементом системы наказания, свидетельствующим о большей или меньшей цивилизованности общества и государства, больших или меньших их демократизме и либерализме, является лишение свободы, точнее, его место в системе наказания, широта применения, предельные сроки, условия отбывания. И этот вопрос станет предметом более подробного анализа в следующей главе.

Порядок признания лица совершившим преступление и применения к нему уголовных санкций регулируется уголовно-процессуальным законом, а порядок исполнения наказания – кроме того, уголовно-исполнительным законодательством.

Неформальному контролю над преступностью, его роли в профилактике преступлений будет уделено внимание в заключительной – 17-й главе нашего труда.

§ 3. Уголовная политика

На основе идеологических, политических, правовых концепций, разделяемых высшими органами государственной власти и управления, вырабатывается уголовная политика государства как разновидность государственной политики (наряду с экономической, социальной, экологической и др.). Уголовная политика может быть явно выражена (в конституционных, программных, правовых документах) или же неявно (имплицитно) содержаться в реальной деятельности государства и его органов по противодействию преступности и ее отдельным видам.

В 80-е гг. минувшего века в СССР активно разрабатывались проблемы уголовной политики советского государства.[692] Результаты носили двойственный характер. С одной стороны, сама проблема и ее решение были явно отягощены советской идеологией, рассматривались с позиций интересов советского (тоталитарного) государства и КПСС. С другой стороны, в процессе обсуждения вырабатывались основные понятия, обсуждались стратегия, тактика, пути и методы уголовной политики.

Обобщающая оценка этого этапа и основные положения современной российской уголовной политики подробно изложены в книге С. С. Босхолова.[693] Автор совершенно верно, с нашей точки зрения, отмечает ущербность ранее широко распространенной стратегии «борьбы с преступностью». Приведем длинную, но принципиально важную цитату. «Слово «борьба»… толкуется как схватка, сражение, поединок, главной целью которых является подавление, искоренение, уничтожение чего-нибудь или кого-нибудь. Борьба зачастую предполагает непримиримое противостояние вступивших в нее сторон с конечной целью победы, для достижения которой могут быть использованы любые средства… Увлекшись борьбой (а борьба всегда увлекает, завораживает и даже ослепляет борющихся), те, кто призваны по долгу службы вести ее против преступности, зачастую переходят грань, которая разделяет право и произвол, законность и беззаконие… Призывы к войне с преступностью, усилению борьбы с нею, по сути дела, ставят перед органами уголовной юстиции, государством и обществом несодержательную цель. Они не только дезориентируют, но и дезорганизуют их деятельность по обеспечению безопасности и правопорядка, влекут, как правило, массовые нарушения законности, прав и свобод граждан».[694]

Босхолов рассматривает основные тенденции современной российской уголовной политики: отказ от возможности разрешения социальных проблем (включая преступность) методом принуждения, подавления личности; поворот к гуманизации уголовной политики; ориентация на международные стандарты и опыт противодействия преступности; ориентация уголовной политики на пересмотр уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного законодательства под углом зрения его соответствия Конституции РФ.[695] Перечисленные тенденции, безусловно, желательны, но я боюсь, что автор излишне оптимистичен в своих наблюдениях и оценках.