Кровавое лето в Бендерах (записки походного атамана)

Действовали очень быстро. Основная группа стягивала кольцо вокруг участка, где был замечен снайпер, остальные блокировали квартал — растянулись вторым кольцом. Вот раздались автоматные очереди — началось! Как ни выходили осторожней, но всё же напоролись казаки на заслон.

Скоротечный бой стал затихать, унося слабый и редкий огонь в сторону, ага, значит, выбили прикрытие с позиции, преследуют… Но сильный огонь вспыхнул вновь. Очаг его только чуть в стороне. И тут автоматные очереди ударили с противоположной стороны — это уже ведут бой казаки, блокировавшие квартал. Огонь усилился — автоматы работали взахлёб! Это полицаи своим на выручку бросились. И напоролись! Бой резко закончился, когда «румыны» пустили в ход минометы… Не зря их называли здесь «успокоителями»…

В итоге операции: трое казаков получили незначительные ранения против пяти гарантированно убитых «румын», в их числе уничтоженный снайпер, и одного, что многих удивило, взятого в плен полицейского — молодой парень, совсем пацан… Но ещё больше поразило казаков, что снайпером была девушка. И не только это… Не успела она уйти со своей позиции — взяли ее в доме, откуда вела огонь. Принесли её автомат с оптикой. Рассказали, что это была молодая, очень симпатичная чернявая дивчина. Сильно плакала — жалко было ей себя любимую, ведь сразу поняла, что её сейчас ждет… Но самое интересное рассказал о ней тот пленный полицай. Прибыла она в Бендеры несколько дней назад. Поздно вечером возвращалась с «работы» в горотдел полиции. Звонила себе домой… Была общительной, весёлой. Студентка университета. Училась то ли в Днепропетровске, то ли в Днепродзержинске… Спортсменка-разрядница. А папа у неё какой-то полицейский чин в Кишиневе. Вот он, видимо, и устроил её на такую «подработку». Раньше студенты на время «третьего трудового семестра» уезжали в стройотряды, а сейчас…

* * *

Ранним утром Вадим, переговорив с пришедшим Владом, оставил его чаевничать со Славкой, сменил Бориса и заступил на пост наблюдателя. Удобно расположился у оконного простенка на третьем этаже и стал не спеша сквозь тюлевую штору просматривать взглядом свой сектор. Вдруг боковым зрением уловил какое-то движение. Резко повернув голову, увидел лишь, как в густой листве большого раскидистого дерева — грецкого ореха, неуловимой тенью быстро исчезли ноги, подтянувшегося на ветвях человека — только светлая обувка мелькнула. До дерева, растущего в саду рядом стоящего частного дома, было метров семьдесят. В доме жили супруги-старички, у них уже явно нет такой прыти. Сомнений быть не могло, кто это.

— Сашки, сюда! — Вадим громко позвал стоявших в коридоре Ивашко и Шляхова. — Дерево видите? Снайпер… только что влез, — взволнованно сказал он враз подлетевшим к нему казакам, — Давай с того окна!.. Огонь!..

Почти одновременно по густой кроне ореха ударили из трех автоматов. Листва с дерева сыпалась как конфетти. На грохот очередей выскочили Борис, Иосиф и Виталий, сразу поняв, в чём дело: — Мы вниз!.. Возьмём его!

Магазин в АК-74 у Вадима вмиг опустел. Выхватил из «лифчика» другой. Лязгнул затвором. Вновь ударил очередью. «Фейерверк!!!» — такое сравнение мелькнуло в голове, когда увидел, как трассирующие пули — а один магазин он всегда держал заряженным именно такими! — чуть коснувшись листвы, разлетались в стороны!.. Чего-чего, а вот такого он никак не ожидал! Это было что-то невероятное!

— Влад! Скорее!!!

Подбежавший со своим АКМом Смолин, уже заметил через плечо Вадима этот «бенгальский огонь» и был поражен увиденным не меньше… От очереди его 7,62-миллиметрового «Калашникова» с дерева стали сыпаться ветки и крупные сучья. Огонь прекратили, когда увидели подбегавших к саду казаков.

Минуты через две стало ясно, что снайпер успел «слинять». Из окон увидели, как из-за орехового дерева, забросив автомат на плечо, вышел Тумаков, посмотрел в сторону «базы» и, пожав плечами, развел руки… А когда парни вернулись, то Борис, подойдя к Владу, хмуро сказал: — Дай руку, — и шлёпнул ему на ладонь заряженный магазин от АКМ, — Это тебе. Нечаянный подарок… от снайпера. Недалеко от ореха лежал, видать уронил, когда удирал…

* * *

С этого дня, как поняли это несколько позднее, у группы появился ещё один враг — «собственный» снайпер. Такого позорного «облома» он, видимо, не мог простить. Хоть изредка, но каждый день с разных сторон в окна стали залетать 7,62… И «засечь» его никак не могли! Выходить на улицу стали уже с большой опаской. Передвигались с интервалом в несколько метров, ощетинившись стволами.

И всё же однажды чуть не подставились. У себя в тылу, на голом месте. Позиция у него была — весь район, как на ладони, а «база» группы — вот она… И все стёжки-дорожки, по которым ходили «его» казаки, он, видимо, «вычислил»… Но там везде были укрытия. А тут… Большая асфальтированная площадка метров пятьдесят на семьдесят, широкая улица, а до канавы или кустов — попробуй, добеги!.. Да и кто подумает, что «работать» будет не только и не просто с тыла, а ещё и рядом со штабом сотни! Дерзости не занимать.