Кружась в поисках смысла

Какие разные культуры и народы! Но в какой-то момент все, все приходили к универсальному принципу ненасильственного взаимодействия индивидуумов в обществе: если хочешь, чтобы тебя не резали, прежде всего не режь сам. А потом этот принцип возводился в ранг священного посредством жесткой увязки его с основным для данной цивилизации суперавторитетом: с семьей и государством ли, с ниспосланными свыше откровениями, с уникальностью Аллаха как единственного реального бога среди множества ложных… И дальше начиналась взаимная энергетическая подпитка. Выстраданная десятками поколений поведенческая истина, прагматичная и земная в самом лучшем смысле этих слов, с полной очевидностью доказывала доброту и справедливость суперавторитета, то, что он плохого не посоветует. А суперавторитет освящал простенькую бытовую истину из горних высей, с полной очевидностью доказывая, что ни в каких рациональных оправданиях и подпорках она не нуждается, она — свята и вечна, как Поднебесная, Христос, Аллах…

Два члена этих драгоценных формул становились парой ангельских крыл, согласными взмахами несущих общество над кровавым, брызжущим отравленными стрелами, греческим огнем, «эрликонами» и «стингерами» варевом сведения счетов всех со всеми. И какие устойчивые, несмотря на все превратности истории, цивилизации возникали!

Конечно, они не становились раем. Полностью гарантировать, что человек не станет совершать действий, способных причинить кому-то вред, может только заблаговременный расстрел. Но взаимонакачка императива и суперавторитета делала возможным статистическое преобладание социально ориентированных поступков над асоциально ориентированными, этически ориентированных поступков над ориентированными эгоистически — а большего от коллектива человеков и требовать нельзя, состоит ли он из двух единиц, или из двадцати миллионов… Потому что только оно, это преобладание, способно сделать коллектив устойчивым а следовательно, сделать вероятной положительную перспективу.

Мы построим могучую, процветающую, многонациональную империю добра только тогда, когда сумеем в нынешней российской культуре подыскать пару великому этическому императиву, скроенному для всех времен и народов.

Тонко намекаю: тот, кто ее отыщет, имеет все шансы стать царем.

Вячеслав Михайлович РЫБАКОВ родился в Ленинграде в 1954 году. В 1976 году окончил восточный факультет ЛГУ. В 1982 году защитил кандидатскую диссертацию «Правовое положение чиновничества в Китае при династии Тан», в настоящее время — старший научный сотрудник Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН.

С 1974 года — член возглавляемого Б.Н.Стругацким семинара молодых писателей-фантастов. Первый фантастический рассказ опубликовал в 1979 году. С тех пор опубликовано более десятка рассказов, пять повестей и один роман в периодике, а также две авторские книги. Первая из них роман «Очаг на башне» — в 1991 году получила премию «Старт». Опубликованный в журнале «Нева» в 1993 году роман «Гравилет «Цесаревич» получил премии «Интерпресскон-94» и «Бронзовая Улитка-94».

Соавтор сценария художественного фильма „Письма мертвого человека“. В числе основных создателей фильма в 1987 году получил Государственную премию РСФСР имени братьев Васильевых.