Крым. Ханы, султаны, цари. Взгляд на историю полуострова участника Крымской кампании

Эгоистичные и алчные «купеческие князья» Генуи не допускали в Черное море не только других западных коммерсантов. Даже грекам из Константинополя они позволяли плавать в нем только, если те имели на это разрешение от них — хозяев черноморских вод. Никифорас Грегорас, лично видевший это их поведение, писал: «Теперь они верили, что приобрели власть над Эвксинским морем, и потребовали для себя исключительного права на торговлю в нем, запрещая грекам плавать в Меотиду, в Херсонес и в любое место на побережье по ту сторону устья Дуная без их разрешения. Этот запрет они распространили и на венецианцев. В своей гордыне они дошли до того, что стали брать налог с каждого корабля, проходящего через Босфор». Для поддержки этих претензий они оскорбляли жителей столицы из-за стен своих укрепленных кварталов в пригороде Пере, не побоялись войны с императором Кантакузином и его союзниками венецианцами и под предводительством своего великого адмирала Дориа одержали победу над объединенной армией союзников.

В начале своей истории генуэзцы из Кафы обращались с татарским населением очень справедливо и честно, и татары часто просили их решить свои внутренние споры. Но, став богаче и многочисленней, генуэзцы возгордились своим богатством и стали вести себя властно с соседями, которые, при своей сравнительной бедности, были все же независимыми людьми. И у тех и у других был горячий нрав. Начались ссоры, мелкие стычки и ужасные войны. В Тане в 1343 году генуэзский торговец, оскорбленный татарином, зарезал своего обидчика. На это насилие татары ответили насилием: хан Кипчакской империи Джанибек приказал всем иностранцам покинуть его страну. Когда они отказались это сделать, хан вторгся в колонию Кафу. Город Кафа выдержал долгую осаду, и народы Европы были так обеспокоены его судьбой, что папа Климент VI объявил Крестовый поход для его освобождения. Загородные дома состоятельных купцов в окрестностях Кафы опустели, но ее консул Бокканегра (титул консула соответствовал званию губернатора) успешно защищал город, пока обе враждующих стороны не обессилели. Тогда противники были вынуждены пойти на компромисс и восстановить прежние дружеские взаимоотношения. Эта опасность убедительно показала гражданам Кафы, что им нужны более мощные укрепления, и они построили вокруг своего города грозное кольцо стен, защитили стену с флангов мощными башнями и окружили широким и глубоким рвом. Эти строительные работы начал в 1353 году губернатор Годфри де Дзоальо, а закончил в 1386 году его преемник Гримальди. Самая замечательная из башен, которая являлась частью линии укреплений и господствовала над всем городом, была названа в честь Климента VI в благодарность за план Крестового похода.

Теперь, обладая хорошо укрепленной столицей, войсками и военными галерами, колонисты стали расширять свою территорию. В одних случаях они увеличивали ее с помощью военной силы, в других им уступали то, что все равно было бы отнято в случае отказа. В 1365 году они получили Солдайю, она же Судак, и воздвигли на отвесной скале у входа в приобретенную долину грозную крепость, увенчанную Девичьей бшней, с которой стражники осматривали широкий простор моря и его берегов. В это же время они приобрели Чембало. Это владение получило от своих позднейших хозяев название Балаклава — искаженное итальянское bella chiave — «прекрасная гавань». (Читается «белла кьяве». Но есть и другое предположение, что это название произошло от турецких слов «рыбный садок». — Пер.). На горах вокруг этой бухты появились укрепления, развалины которых сохранились до сих пор. Эти две крепости были соединены между собой в 1380 году, когда горная область на южном побережье, до этих пор сохранявшая название Готия, была по договору уступлена хану Золотой Орды.