Кто виноват в трагедии 22 июня?

Народ абсолютным большинством поддерживал Гитлера, он увидел в нем лидера, стремившегося возродить былое величие Германии. Зревшее в нации объяснимое желание реванша за годы унижения после Версальского мира пропагандистская машина Геббельса мастерски направила в русло милитаризации всей страны. Сражаться с оружием в руках за Германию стало считаться честью для каждого немца.

Гитлер-политик создал ситуацию, при которой у него не было ни то чтобы реальных врагов, не было даже открыто выражающих недовольство его деятельностью.

Можно, конечно, из вежливости отнести к врагам Германии Великобританию, находившуюся с ней в состоянии войны уже два года. Но если отбросить неуместный здесь политес, то нужно напомнить, что не зря в течение первого года эта война называлась «странной» (это когда война вроде есть, но ее никто не видел…).

Правда, после капитуляции Франции Гитлер заставил Великобританию вплотную заняться военным делом, защищая города от налетов, гражданский флот – от подводных лодок, а колонии – от захвата немецко-итальянскими войсками. Но в 1941–1942 гг. Великобритания еще не могла похвастаться военными успехами, так как проигрывала на всех этих направлениях.

Поэтому ведение ею боевых действий против Германии никак не могло сказаться на военно-промышленном потенциале Третьего рейха и боевой мощи немецкой армии. Напрашивается аналогия с комаром, который кусает охотника, выслеживающего огромного медведя. Что стало бы с комаром, завали охотник медведя, понятно без слов…

Мы были целью № 1, уничтожению которой была посвящена вся предыдущая деятельность государственной машины гитлеровской Германии.

2.2. Немецкая армия была лучшей в мире

Следующей безусловной причиной явилось то, что немецкая армия к тому времени была самой крупной в Европе (более 8 млн чел.) и лучшей армией в мире. Ее войска были отмобилизованы, развернуты до штатов военного времени, оснащены всеми видами запасов с учетом ведения интенсивных наступательных боев в течение нескольких месяцев. Вооружение и военная техника вермахта отличались знаменитым немецким качеством и надежностью.

Она обладала уникальным боевым опытом, повоевав на всех возможных театрах военных действий: от жаркой пустыни до заснеженных гор. Арсенал тактических приемов и оперативного искусства немецкой армии включал в себя крупные наступательные операции разнородных сил, морские и воздушные десанты, массированное применение авиации и танков. Немцам не было равных в организации взаимодействия сил разных видов и родов войск. Работа немецких штабов всех уровней была практически безукоризненной.

Немецкая армия разбила в молниеносных войнах армии Норвегии, Франции, Бельгии, Голландии, Польши, Греции и Югославии, которые состояли не из оловянных солдатиков. Войска Великобритании, посланные ею в Грецию, Египет и на Крит, тоже были разбиты. До столкновения с Россией у нее всегда все получалось. Вследствие этих побед боевой дух армии был очень высок.

Не опасаясь нападения, Германия могла себе позволить сгруппировать силы вторжения в СССР в самом выгодном для нее варианте. Создав в намеченных местах прорыва пяти-шестикратный перевес сил, она гарантированно обеспечила себе успех операции, по крайней мере, на ее первом этапе.

2.3. Красная Армия не умела хорошо воевать

Нужно с горечью признать, что Красная Армия в июне 41-го не умела хорошо воевать. По крайней мере, так хорошо, чтобы на равных противостоять армии Германии. Имея количественный перевес в военной технике, наша армия не сумела это преимущество использовать. Просто иметь оружие – недостаточно, его надо уметь применять.

РККА напоминала крупного щенка, который своими размерами уже походил на взрослого пса, но которому еще нужно было пройти курс обучения, чтобы стать настоящей сторожевой собакой. А на него, необученного, напала матерая немецкая овчарка. Она умело вцепилась мертвой хваткой в его горло, но, к ее удивлению, щенок не упал с визгом на спину и не бросился бежать, поджав хвост. Он хрипел, истекал кровью и отступал, но огрызался, нанося болезненные укусы. Болезненные настолько, что уже в сентябре из лексикона немецких генералов окончательно исчезло заветное слово «блицкриг».

Слабость нашей армии объяснялась, к сожалению, объективными причинами, обусловленными процессами, происходившими в стране с 1917-го до начала 1930-х.

Во-первых, это низкая специальная подготовка офицерских кадров. В первую очередь это относилось к начальникам уровня командира полка и выше. Этот факт не вызывает сомнения.

Советская власть смогла подготовить десятки тысяч командиров взводов и рот из тех, кто вырос при новом строе. Более или менее она смогла «выкрутиться» с командирами батальонов. Но уже с командирами полков были реальные проблемы. Ими должны были стать офицеры, которые начинали командовать взводами в середине 1920-х. Но тех командиров взводов готовить было некому – царских офицеров-преподавателей расстреляли, а своих еще не было.