Кто Вы, «Железный Феликс»?

В результате всестороннего обмена мнениями 16 ноября 1921 г. наряду с повышением ответственности железнодорожников, охрана грузов и сооружений на путях сообщений была передана НКПС, а функции железнодорожной милиции — ТО ВЧК. Но этих мер оказалось недостаточно. Поэтому 29 ноября 1921 г. по предложению

Дзержинского была образована комиссия под председательством начальника ТО ВЧК Благонравова. Дзержинский лично занимался решением многих вопросов, требовавших согласования с другими ведомствами и в интересах ГПУ. Так, 28 июля 1922 г. он поручил Д.В. Усову секретно собрать сведения через свой аппарат или через ЭКУ о правлении Добровольного флота, его составе с характеристикой каждого члена как в прошлом, так и в настоящем, его политической физиономии и служебного стажа и сведения о самом флоте — сколько пароходов, какие, где стоят, какую произвели работу и т. д.»[1976].

В тот же день, ознакомившись с запиской на циркуляре за подписью А.Г. Белобородова и И.С. Уншлихта о проверке документов в железнодорожных кассах при получении билетов и об оставлении в кассах копий документов, счел все это «необдуманным» и предложил вычеркнуть. «Не дело НКПС, — писал он, — проверять документы. Это дело ГПУ. Надо проверять в вагонах, а не в кассах. НКПС должен иметь право продать билеты тому, кто уплатит деньги, а дело ГПУ отобрать билет и арестовать кого нужно»[1977].

23 сентября 1922 г. после ознакомления с мнением А.Л. Шейнмана о нелегальных поборах и ненужных пропусках при переезде из порта в порт Черного моря Дзержинский писал Ягоде: «Эти пропуска и поборы за них надо уничтожить. Прошу срочно разработать этот вопрос, привлекши Трушина и кого-нибудь, знающих практику Одессы и Крыма. Эти пропуска для передвижения внутри нашей Республики — это вреднейший пережиток, не достигающий никакой цели. Пересмотрите вообще правила передвижения в прифронтовой полосе и в прифронтовую полосу из центра и доложите мне конкретные радикальные предложения»[1978].

Серьезное внимание пришлось уделить Дзержинскому охране грузов. Только в 1922 г. было расхищено и потеряно на железных дорогах 14,5 млн. пудов грузов[1979]. Поэтому 15 декабря 1922 г. он обязал Благонравова заняться борьбой с хищениями. «До сих пор, — писал он, — мы к нему подходили одностороннее и неправильно увеличением чинов охраны. В результате попадали в заколдованный круг — надо было охранять груз от нашей охраны». Было предложено «пойти по другом пути, более верному, хотя и более длительному и тяжелому», а именно: уменьшить предельно охрану, обеспечив ее и делая постоянный подбор; выяснить и устранить условия, способствующие хищениям (оградить станционные пути (товарные в первую очередь); накладывать беспощадные денежные кары за хождение по путям, заменяя для несостоятельных принудительным работами для транспорта; принимать неослабные меры по борьбе с оцепками, накладывать кары на виновных, определив, кто является ответственным за недосмотр и неисправность вагонов, за отсутствие смазки и т. д.; усилить меру наказания за железнодорожные хищения; выдавать премии и наградные с широким оповещением за раскрытие и указание похитителей; изучить вопрос о скорости товарных вагонов и принять меры к ее увеличению; привлечение управления дорог к ответственности за пропажу грузов; премирование соответствующих агентов за уменьшение % пропаж и хищений…Наряду с борьбой со взяткой это важнейшая задача»[1980].

31 декабря 1922 г. Дзержинский поставил перед Благонравовым как «очередную боевую задачу» борьбу с хищениями самой выручки и платежей разных клиентов железных дорог и водных путей за предоставляемые им услуги, так как это труднейший вопрос, надо его изучить при помощи компетентных людей. При изучении вопроса он рекомендовал не применять репрессий, а, наоборот, «надо от них в этот период изучения отказаться, дабы ценой безнаказанности виновных, те не боялись рассказать всего. После этого наметить меры. Надо изучать также, что делается с выручкой во время до платежей. М. быть, надо будет нам самим настоять, чтобы все деньги сдавались в Банк и чтобы для этого Госбанк имел в важнейших узлах и на важнейших станциях свои агентства. Вопрос серьезный, и отнеситесь к нему со всей серьезностью»[1981].