Куда идешь, человек?

Но может быть, это человеческая потребность не единственная в числе уникальных свойств человека? Многие философы, в том числе Артур Шопенгауэр, Карл Ясперс, Эрих Фромм, пытались осмыслить природу человеческих потребностей. С чего начнем? Потребность в выживании, половой жизни, самосохранении… Что и говорить, важное дело, Но инстинкт самосохранения заметен у каждого животного. Нужда в пище, сексуальность — по мнению Шопенгауэра, все это естественные склонности. Потребности эти не специфически человеческие и не главные вовсе…

Тогда обратимся к Эриху Фромму, который, специально изучая эту проблему, оставил нам некую инвентаризацию человеческих потребностей… По мнению американского философа, на протяжении длительной истории человечества разум, воля, эмоции людей никак не могли получить адекватного самовыявления. Любое общество не содействовало реализации глубинных потребностей, а, напротив, стесняло их или направляло в ложное русло. В результате естественные, здоровые влечения человека приобретали извращенную форму.

В качестве первой Фромм называет потребность в общении, в межиндивидуальных узах. Конечно же, человек — социальное существо. Но ведь и волки живут стаей, а пчелы роем… Но там и связи животные, инстинктуальные… А тут иное… Изолированный, искусственно выброшенный из общества человек десоциализируется, утрачивает культурные стандарты. Индийские девочки, воспитанные медведицей в джунглях, хотя и были найдены, так и не смогли очеловечиться… Не нашел себя в человеческом обществе и Джума Джумаев, о котором мы рассказали в начале нашей беседы.

Американский философ полагал, что идеальной формой, в которой названная потребность получает полное раскрытие, является любовь, В любви человек обнаруживает могучий душевный потенциал, растворяя себя в другом и тем самым выявляя-собственную сущность. Фромм спрашивает: действительно ли любовь — искусство? Он отвечает на этот вопрос положительно. Для большинства проблема любви — это прежде всего как быть любимым, а не как любить самому, то есть не проблема способности любить.

Фромм подчеркивает: принято думать, что любить просто, а найти достойный объект для любви или для того, чтобы быть любимым, — вот что трудно. По его мнению, корни такой установки — в развитии современного общества. Он отмечает, что в XX столетии произошли резкие ценностные сдвиги в отношении к этому чувству. Ведь в викторианской традиции (так называется период английской культуры в годы царствования королевы Виктории — 1837–1901), как и во многих патриархальных культурах, любовь не была непосредственно личным переживанием, которое могло привести затем к браку.

По мнению Фромма, любовь, которая в целом выступает как универсальное чувство, далеко не всегда обнаруживает себя в идеальном облике. Она может быть деформирована, искажена, подчинена специфическим ценностным и жизненным ориентациям. Например, любовь, относящаяся только к отдельному человеку, в сочетании с ненавистью или безразличием к другим уже самим этим доказывает, что она не любовь, а садистски-мазохистская привязанность. Что же это такое? Садист — это человек, который получает наслаждение от страданий своей жертвы. А мазохист, напротив, огромное удовольствие извлекает из того, что его мучают…

Фрейд считал, что садизм и мазохизм возникают на почве извращения полового инстинкта. Фромм с ним не согласен. Он, напротив, полагает, что эти свойства отражают личностные качества — душевные переживания. Если кто-то, допустим, садист, то он таков не только в любви. Это его сущность во всем, в том, числе и в межличностных отношениях за пределами интимной жизни. Он готов мучить человека, если он его начальник… Садист стремится возвыситься и командовать, навязывая свою власть и волю!..

Вторая потребность, описанная Фроммом, — это потребность в творчестве как глубинной интенции человека. В отличие от пассивного приспособления, присущего животному, люди стремятся преобразовать мир. А это невозможно без тяготения к запредельному, без поиска идеального. Без этой внутренней изготовки к возвышенному, к романтическому порыву личность не может подняться над повседневной прозой жизни. По мнению Фромма, эта потребность продиктована наличием творческих сил в каждом индивиде, среди которых особое место занимает воображение, эмоциональность. В акте творчества человек соединяет себя с миром, разрывает рамки пассивности своего существования, входит в царство свободы.

Третьей в перечислении Фромма является потребность в ощущении глубоких корней, гарантирующих прочность я безопасность бытия. Фрейд полагал, что такое состояние достигается в жизни каждого человека, если он испытывает материнскую и отцовскую любовь. Трактуя конфликт любви и долга как одну из универсальных ситуаций человеческого существования, Фрейд описывал материнскую любовь естественной и необусловленной, а отцовскую — отождествляемой с сознанием, долгом, законом и иерархией.