Куда кого посеяла жизнь. Том IX. Повести

На одних, кто видимо, был из ближних к Одессе губерний, где уже была весна, были легкие одеяния, те -кто приехал издалека, с холодных на сегодня мест, – были в теплых пальто, полушубках и шапках. Между собой практически не общались, а жадно и пугливо смотрели на морские волны, на этот пароход, на котором им выпало добираться до такой желанной для них Святой Земли и на сбегавший к пристани, огромной серой лестницей ,замечательный город. Над всем этим скопищем людей и багажа, висело облако неизвестности и внутреннего страха, сбалансированное – желанием и решимостью все-таки добраться и увидеть все своими глазами. Все то, -о чем им рассказывали, о чем они читали и где-то слышали, и, что не раз видели во снах. Осуществление мечты – было уже рядом, но туда надо прибыть самому и –Обязательно. И это –Обязательно!– обязывало терпеть, преодолевать и надеяться.

Решили посмотреть, как там дела в трюме, на месте ли их вещи. На подходе к трапу, их окликнул Мирон: «Хлопци –ходить сюда, за мною!». Ближе к носовой части судна, все трое опустились по трапу, Мирон -впереди. Остановились у какой-то двери. Мирон открыл ключом небольшой плоский висячий замок, распахнул дверь и пригласив войти, голосом радушного хозяина, пробасил: «А ну подывиться на ци хоромы! Як воны вам сподобаются!». Комната была где-то два на три метра, довольно высокая, чистая, видно, что недавно прибранная. Несколько толстых деревянных брусков, лежали поперек спереди и сзади наспех сооруженного деревянного ложа, а вдоль этого «основания» – в три слоя, плотно, одна к одной, были уложены не струганные сорокамиллиметровые сосновые доcки. Внешне вся конструкция напоминала собранные без гвоздей нары. До входной двери от края «нар», оставалось еще около метра, это свободное пространство, можно было использовать с пользой. И –рядом уже стояли две матросских тумбочки.

«Тут , якшо е желание, можетэ –разпологаться, – Мирон щелкнул выключателем- в комнате загорелась лампочка под потолком, – до гальюна мэтрив з дэсять, тама е и умувальнык. Цэ одна з кимнат мого хозяйства, я тут дэржу запас досток. Живить спокойно, ныхто вас тут нэ тронэ. Ось замок, ключ. Будь ласка -живить».

«Спасибо, Мирон, -нам здесь очень нравится, -подошел к нему Степан и положил в карман боцманского кителя – пять рублей, скороговоркой добавив: «Это -может какие-то проблемы возникнут, с кем-то». Кстати, в то время, -взрослая овца – стоила…2 рубля.

Мирон ничего не ответил, быстро вышел в коридор, а минут через десять-пятнадцать, к ним зашли два матроса, вместе с двумя матрацами и подушками, наполненными чем-то мягким, как выяснилось позже- высушенной морской травой. Следом за ними зашел Мирон, принес два серых широких полотняных куска материи, вроде как простыни.

«О цэ, всэ, шо маю. Живить на здоровье. Я-пиду, бо ще богато чого надо зробыть. Як в морэ выйдэм – зайду до вас, гляну, як встроилысь» – на бегу успел сказать Мирон и убежал.

Семен со Степаном, постелили одну из простыней, упали на мягкие, приятно пахнущие травой матрацы, закрыли дверь изнутри на небольшой засов, и блаженно несколько минут просто наслаждались свалившимся на них , простым, но таким приятным великолепием! Можно было считать, что поездка на Святую Землю, для них начинается очень неплохо. Значит -все они делают правильно, ну и пусть дальше все так и продолжается. Семь футов под килем, нам!

Решили пойти за своими саквояжами. За прошедших несколько часов, обстановка в трюме здорово изменилась. Там уже не то что , лечь, там уже и стать скоро будет негде. Дело в том, что в связи сырой погодой и надвигающимися тучами, размещаться на временных надстройках по палубе, было мало желающих, люди потянулись в трюм, который, к сожалению, не мог всех вместить .

Пробираясь к своим полкам, наши друзья столкнулись лицом к лицу с Наумом. Тот, с какой-то женщиной, сидел на объемном сундуке, с таким удрученно-расстроенным видом. Они о чем-то оживленно разговаривали и жестикулировали руками, оглядываясь по сторонам. Друзья подошли к ним и узнали причину их беспокойства. Во-первых, Наум, да, переписал себя в списки пассажиров этого парохода, как они и договаривались с Семеном, но потом, ожидая данный рейс, он встретил свою старую знакомую, Милу и с трудом, уговорил её поехать вместе с ним. Все-таки- знакомые с детства, оба -иудеи, вдвоем им скорее всего будет лучше на новом и чужом месте. Наум ничего не сказал тому «агитатору» Соломону, решил поставить перед фактом. А то могло бы получиться, что уговорив Милю, он не получил бы согласия от тех агитаторов. Наум, в качестве «свадебного» подарка- купил ей паломническую книжку и билеты до Иерусалима.