Кульбиты на шпильках

И тут мне сказали, что рядом со мной, во время операции может находиться кто-то из близких людей — но только один. И я попросила Юлю остаться рядом, не подозревая, что девчонка до смерти боится вида крови. Но я-то, садистка, еще и фотоаппарат ей вручила, чтобы она фиксировала каждое движение врачей и появление на свет моего ангела.

Мне сделали укол в спину и положили на стол. И хотя я оставалась в сознании, но свое тело ниже талии не чувствовала, его словно не было. Это незнакомое ощущение меня несколько пугало. Но мое внимание отвлекли дальнейшие события. Я ничего не чувствовала, а только видела сумасшедшие глаза Юльки, которая, как заправская пулеметчица, давила на курок фотоаппарата. Потом я подняла свой взор наверх и увидела зеркало, в котором отражался весь ход операции. От неожиданности я зажмурилась и почувствовала, что меня трясут, а в следующее мгновение раздался детский крик. И моего мальчонку положили мне на грудь. А потом Юльке говорят: «Ну, папаша, давайте перерезайте пуповину!» Юлечка моя аж вся затряслась от неожиданности: «Давайте лучше сами! Какой из меня папаша!..» Вот так моя подружка практически и рожала вместе со мной. И, естественно, именно она стала крестной мамой нашего Святика.

Меня перевезли в реанимационную палату, чтобы я пришла в себя, но я тут же потребовала, чтобы ребенок был со мной. «Глупышка! — сказали мне медсестры. — Лежи пока, отдыхай. А мы ему марафет наведем: выкупаем, оденем, бумаги заполним, опознавательные знаки… Дело в том, что в США стали обязательными серьезные меры предосторожности, потому что были случаи похищения новорожденных. С тех пор такая повышенная бдительность и всюду установлены камеры слежения. И каждому малышу вешают магнитные бирочки, которые „докладывают“ о любом перемещении ребенка. Кроме того, при каждом посещении рожениц врач сверяет номер бирочки мамаши с номером бирочки малыша. Да и легла я в эту клинику инкогнито, под другим именем, чтобы вездесущие репортеры не мешали мне наслаждаться счастьем материнства.

После того как я пришла в себя, меня привезли в палату. И я снова спросила:

— А где мой ребенок?

— Вы будете лежать вместе с ним? — удивились медсестры.

— Конечно! — возбужденно выпалила я.

— И кормить будете грудью?

— А как же! — другого варианта кормления собственного дитяти я просто не представляла.

И тут, слышу, везут моего «лягушонка в коробчонке». Он был в таком модном прикиде, что я расхохоталась: на голове у него был такой смешной чепчик, очень похожий на петушиный гребешок, такой фиолетовый с розовыми полосками, ну просто маленький панк. И в распашонке с зашитыми рукавами.

Я хоть сгоряча и заявила, что буду справляться с ребенком сама, но, как все это делается на самом деле, я не знала. К счастью, пришли специалисты, все мне показали-рассказали, всему меня обучили и мы остались с ним вдвоем, жить-поживать да добра наживать…

Поскольку родился мой сынулька в 22.25, моим близким и любимым пришлось ждать встречи с нами до следующего утра. И я им сразу же заявила, чтобы назавтра нас из клиники забирали.

И лишь только я оказалась в привычных домашних условиях, в кругу близких и друзей, мне захотелось дать пир на весь мир. Мы отправились в ресторан, чтобы отпраздновать появление на свет моего наследника и рождение новой звезды — Светланы Хоркиной в образе матери.

Конечно, я серьезно готовилась к рождению ребенка. К счастью, в Америке много специальной литературы, масса всевозможных приспособлений для молодой матери и малыша. Мне приготовили все, что нам со Святиком было необходимо: и специальное белье для кормления, и одежду, и мази от растяжек, и специальную косметику, как для мамы, так и для малыша. В Америке все боготворят и беременных женщин, и мамаш с колясками. Там считают, что рождение ребенка — это очень ответственный шаг, к которому нужно подойти во всеоружии.