Кульбиты на шпильках

Как только я вернулась из Лондона в Москву, Оксана Дружинина позвонила мне снова. И, когда она стала приглашать меня в проект уже более настойчиво, я стала ссылаться на то, что абсолютно не в форме, поскольку в этот период вообще никакой физической нагрузки себе не давала. Хотя на моем внешнем облике это никак не отражалось: я была и стройна, и весела… Что касается физической формы, я прекрасно понимала, что она «ушла» от меня далеко и надолго: все свои спортивные достижения я оставила в прошлом, все навыки прочно забыты.

Я ответила Оксане, что пока не уверена, смогу ли я чисто физически что-то сделать в цирке… Кроме того, мне необходимо посоветоваться со своими близкими: будут ли они подменять меня дома с ребенком, пока я буду уезжать на тренировки и на съемки. К большому удивлению, семья мне дала полный карт-бланш: мол, а что — давай попробуй! Чего дома-то сидеть? Это даже интересно! Ну, раз им интересно, я перезваниваю Оксане, с тем чтобы для начала прийти на разведку, посмотреть — причем вместо манежа по привычке сказала «в зал», — что там вообще происходит, кто уже тренируется и что предстоит делать мне…

В это время уже репетировали Женя Стычкин, Жанна Фриске, Лена Корикова, Ксения Собчак… Я посмотрела, что они там уже под куполом цирка летают, и сразу же с перепугу говорю: «Ой, нет… Я, наверное, не смогу…» Потом подумала немножко и попросила спустить для меня трапецию — попробую повисеть. Схватилась за нее руками и говорю: «У меня ведь уже и мозолей нет. Боюсь, что и повиснуть как надо не смогу, руки не выдержат — и я сорвусь вниз…» А Оксана не отступала: «Ну, ты попробуй походить на тренировки, а потому уже и решишь, будешь участвовать или нет…» Решила-таки попробовать. Это был ужас: подвесили меня кверху ногами — меня тошнит, голова кружится, из глаз искры летят, белые мухи летают… После этого я минут двадцать сидела в кресле и приходила в себя. Все, что было наработано в спорте, как будто испарилось — вестибулярный аппарат никуда не годился!

Неужели все спортивные навыки канули в Лету? Меня это, откровенно говоря, шокировало: я даже не предполагала, что спортивные достижения так быстро улетучиваются. Все, что нарабатывалось упорными тренировками в течение двадцати одного года, было полностью потеряно всего-то за полтора года! Пробую снова и снова повисеть вверх ногами, и каждый раз та же реакция. И после каждого раза я подолгу отсиживалась и приводила себя в норму. «Нет, — решила я, — так дело не пойдет!» И пошла в тренажерный зал, который был в нашем распоряжении там же, в Цирке на Цветном бульваре, вытаскивать свое тело и спортивную злость из двухлетней спячки. Для начала просто занялась фитнесом, чтобы мышцам вернулся тонус, они элементарно вспомнили свое предназначение и начали слушаться.

Поначалу все тело сильно болело, но на удивление быстро стали возвращаться былые навыки. Все-таки мышечная память восстановилась! За время беременности, родов и реабилитации последующий год я стала более мягкой и женственной, немножко округлилась. А как только начала работать в тренажерном зале, снова стали появляться рельефные мышцы, и я стала заметно худеть. Даже мои близкие друзья удивленно заметили, что я стала стройнее, и заявляли: «Ты что — похудела?.. Не возвращайся к прежней худощавой Хоркиной! Заканчивай с этим цирком…» Но поскольку я уже сама загорелась этим проектом, мне стало интересно, что там будет дальше и чего я добьюсь. Я вошла в кураж, а своим домочадцам напомнила: «Вы же сами меня отправили в эту творческую командировку! Так что теперь терпите!»

На возвращение физических способностей у меня ушло без малого три месяца. И я почувствовала, что мне уже не так далеко до великолепного хоркинского облика.

Только после того как прошла определенный этап ОФП, я снова вышла на манеж и стала пробовать ходить по канату, висеть на трапеции, выполнять какие-то акробатические элементы. Но для этого еще надо было преодолеть чувство страха, которого во мне раньше, до рождения ребенка, никогда не было. Особенно когда мне говорил педагог на трапеции: «Давай делай обрыв! Бросай руки, виси только на ногах!..» Я в ужасе: «На каких ногах? Я всю свою спортивную жизнь висела только на руках!» Он пытался успокоить, мол, страховка есть, не сорвешься… Но теперь я каждую минуту помнила о том, что у меня ребенок, и я в ответе не только за свою жизнь, но и за его. Поэтому работа под куполом продвигалась у меня крайне медленно. Побыстрее шла работа в акробатике, на канате, в дрессуре, в иллюзии…

Еще меня очень увлекло то, что у нас на шоу сложился довольно дружный коллектив. И это на самом деле так, мы не играли на камеру.