Курская битва: хроника, факты, люди. Книга 2

К этому времени все танки и автомашины уже собрались в одну колонну, так что все почти уже было готово к отступлению. 3 собственных танка были взорваны, так как из-за порчи моторов они не могли двигаться. В 2 часа утра 15 июля началось отступление. Когда все собрались в лощине, а кругом был лес, — мы вдруг были накрыты со всех сторон сильным русским огнем. Огонь был настолько сильным, что никто не знал, куда он попал, офицеры забрались в свои машины, все стали метаться во все стороны по лощине, солдаты забирались в грузовики и танки, если им это удавалось, — лишь бы выбраться из лощины. По лощине металось, ища выхода, около 25 танков и приблизительно 100 автомашин.

Много машин там осталось, много солдат погибло. Автомашины и люди, выбравшиеся невредимыми оттуда, собрались в нескольких километрах от этого места за одной высотой. Там мы находились в качестве прикрытия до второй половины дня 15.7, затем снова все двинулись назад в новом направлении, отступили приблизительно на 25–30 км. К 10 часам вечера мы достигли деревни Радомка. Здесь мы сменили другую часть, не знаю, какую. Мы заняли окопы, а они отошли в деревню. Вся ночь и первая половина дня 16.7 прошли спокойно, без всякой стрельбы. Около 12 часов дня мы снова были накрыты сильным минометным и артиллерийским огнем русских. Не успели мы оглянуться, как были окружены с трех сторон. Все бросились бежать, многим пришлось поплатиться жизнью. Я с одним товарищем из 7-й роты остался сидеть в окопе и сдался в плен.

Бурно Краска

поляк, ефрейтор 7-й роты 101-го полка 18 тд вермахта

10 августа 1943 г.

ЦА МО РФ, ф32, оп.11306, д. 287.

Утверждаю:

НАЧАЛЬНИК ПОЛИТУПРАВЛЕНИЯ ФРОНТА

ГЕНЕРАЛ-МАЙОР

ГАЛАДЖЕВ

Центральный фронт

7-й отдел ПУ

3 сентября 1943 г.

Бюллетень № 4

(Составлен на основе показаний военнопленных и писем)

Настроения немецких солдат и офицеров в связи с отступлением

Провал июльского наступления и поражение немецкой армии в районе Орла, Белгорода, Харькова, Донбасса и в районе Севска вызвали разочарование и упадок морального духа в гитлеровской армии. Немецкое командование и пропаганда пытаются успокоить солдат и офицеров надеждами на то, что немцы будут отступать только до реки Десна, а там, дескать, построена мощная линия обороны — так называемый Восточный вал, где удастся остановить русских и закрепиться. Немцы поражение называют: «подвижная оборона», «эластичная оборона», «бои на истощение» и т. д. Однако это мало удовлетворяет солдат и офицеров и многие из них видят приближение катастрофы и теряют веру в победу Германии.

«Когда русская звуковещательная станция сообщила нам, что русские заняли Орел и Белгород, это всех поразило. „Ведь это настоящее поражение“, — говорили солдаты. После оживленного обсуждения этих известий солдаты пришли к выводу, что если мы уж летом отступаем, то зимой нам будет капут. Предстоящей зимы солдаты очень боятся». (Перебежчик ефрейтор 6-й роты 769 пп 377 пд Матиас Церингс, 20.8.43 г.)

«Я на Восточном фронте с самого начала войны, и пришел в Россию с полной уверенностью в нашу победу. Но после целого ряда позорных отступлений, пережитых нами, я окончательно потерял надежду на то, что Германия может выиграть войну. Вступив в войну с Россией, Германия серьезно недооценила силы русских. Падение Орла — новый удар по нашей армии. Наши газеты, очевидно, считают нас дураками, когда говорят, что наши войска якобы добровольно оставили Орел». (Обер-ефрейтор Альфред Мерке — 3-й дивизион 172 ап 72 пд, 10.8.43 г.)

«Об оставлении нашими войсками Харькова мы узнали в ночь на 24 августа из звуковой передачи русских. Это всех нас поразило. Особенно были пораженными солдаты, которые раньше, словно попугаи, говорили „победа будет наша“. Унтер-офицер Кинтос сказал мне, что сила нашей армии значительно подорвана, если она и летом не может наступать». (Ефрейтор 6-й роты 167 пд 86 пд Иозеф Понн)

«В период наступления настроение солдат было хорошее, воинственное, но как только началось отступление — не стало боевого духа. Солдаты обвиняли офицеров и командование, что они не ценят жизнь солдат. Солдаты говорят, что после Сталинграда, Африки, после июльских неудач, при наличии беспрерывных бомбардировок германских городов, — немецкой армии теперь ничего больше не остается, как уйти из России на тот рубеж, с которого она начала войну против СССР. Теперь Германия должна признать, что войну с Россией она проиграла. Все эти настроения так отразились на боеспособности полка, что во время отступления сотни немецких солдат убегали от наступающих мелких групп русских». (Перебежчик Эдмунд Шульц, солдат 14-й роты 507 пп 292 пд, 2.8.43 г.)

Офицеры тешат солдат «Восточным валом» на Десне