Дело в том, что дальнейшее существенное развитие цивилизации возможно только в институциональном формате, поскольку создаваемые технологические проекты вроде интернета были обусловлены систематизированной работой институтов, но в итоге сегментируясь на неинституциональные организации просто завели возможности развития в тупик. Весь мировой интернет на сегодня это проваленный проект, поскольку его результативность не только не институционализирована, она постоянно снижается в соотношении с расходами на него, в нём не систематизирована ни медицина, ни образование, ни наука, ни коммерция, ни политика, даже её основной ориентир – информация, это аморфная среда для осваивания денежных потоков и накрутки цен через рыночные отношения. Коммерция вздувает интернет номинально, понижает его производительность, но не решает ни одной цивилизационной задачи.
Дело обстоит подобным образом не только с цифровыми коммуникациями, подобный затор сформировался везде и на глобальном уровне, в авиации, в космонавтике, в машиностроении, в науке, он преодолевается только в Азии за счёт институциональной экономики, и то без цивилизационной инициативы, без новых достижений. То есть, до тех пор, пока в экономику, в науку и в технологии не будет привнесена эффективная институционализация, застой будет продолжаться и дальше вплоть до масштабных кризисных провалов и упадка. Заполонение всех ниш компиляцией среднестатистического уровня закрывает дорогу тому, что лежит в основе всех достижений, первопроходчеству и изобретательству. Корпорации были выгодополучателями от технологических проектов, но они не были инициаторами и локомотивом, на этом рынок вырос, корпорации наелись выгодой, но съели её, из-за чего теперь рынок остановился, воспроизводство спроса перестаёт расти или сокращается, корпорации ориентированные на рыночную прибыль из-за этого не могут существенно развиваться. Поэтому, пока в корпоративный формат не вплетётся основательная институционализация, которая начнёт модернизировать науку и технологии в систематическом порядке увеличивая масштаб возможностей, включая экономическую производительность финансовой системы, то ситуация будет становиться хуже.
Инфраструктура будущего будет в любом случае логистична, селения агломеративными, что укорачивает дистанции между технологическими цепочками и в их рамках, а транспортная инфраструктура будет более линейной, сглаживающей лишние инфраструктурные неустойки во всём мире, то есть цель будет всегда ближе, по крайней мере бытового или промышленного уровня, так действует информация уже сегодня, у неё меньше препятствий и она показывает, как короткие маршруты, так и промышленные агломерации.
Каждая сфера промысла должна иметь функционально обозначенные уровни по степени сложности, продолжительности и детализации. Начиная с цифровых коммуникаций, заканчивая медициной, ведь вполне очевидно, что головная боль отличается от хирургического вмешательства по сложности, детализации и продолжительности, но затрагивая другие сферы, например цифровые технологии и правовые нормы, можно поднять много полезных вопросов на тот счёт, где и в какой степени возникает та или иная функциональная форма действий по сложности, детализации и продолжительности. Без подобного распределения уровней возникают проблемы, например одна и та же шкала рейтингов радиоэлектронных коммуникаций выступающих инструментом отношений людей и накладываемая поверх медицины, правоохранительной системы, спорта и прочих социальных ниш, создаёт массу расхождений функционально и поведенчески, как будто вместо сложного социального рельефа институциональных отношений и правопорядков начинает работать горизонтальная плоскость выравнивающая массу полезных вещей, но не устраняющая недостатки, которые копились, то есть давая им почву для возрастания. Это действует как социальное оружие массового поражения, если не ориентируется на решаемость задач связанных с нарастанием проблем.
Правовая солидарность, это норма адекватности в отношении каждой формы ущерба.
Нормальное развитие нервной системы приходит к укоренению правовых взглядов на события в рамках первых 25 лет жизни, когда каждая ситуация рассматривается не с точки зрения инфантильной настойчивости и эмоциональных атрибутов, а приходит к когнитивному суждению опираясь на детальные критерии разного порядка.
С точки зрения физических принципов действия + имеет исключительно физическую форму результата, что не соответствует социальной балансировке отношений, где меньший потенциал всегда выступает ограничением большего с точки зрения творческой и когнитивной результативности. Это означает, что на пути к сохранению цивилизации идут правовые нормы исключающие ущерб социального антагонизма, иначе от большего к меньшему происходит непрерывный спад в пользу физической устойчивости, как динамики, так и состояний.