Квартирник у Маргулиса. Истории из мира музыки, которые нас изменили

Б. Г.: Ну было всякое. Я считаю, что как только мы забудем понятие «за рубеж», мир сразу станет единым, и все станет значительно легче. Нет никаких границ, нет никаких рубежей – все.

– Все-таки мне хотелось бы понять, почему на том переломном моменте, когда рухнула советская власть, у тебя получилось, а у других, скажем, не менее талантливых людей, – нет?

Б. Г.: А никто не хотел. Я тебе расскажу честную историю, которую, по-моему, я не очень рассказывал. Один раз в Нью-Йорке, когда был концерт «Звуков Му» в «голубом» районе города, в самом что ни на есть гей-клубе, где красавцы в усах и с вырезанными жопами в кожаных штанах решили оттянуться на русской группе. Типа «вот сейчас мы их удивим». Я получил массу удовольствия, потому что я-то знал, с кем они будут иметь дело, а они не понимали. И красавцы вышли все плясать, «Звуки Му» начали играть. Через полторы песни красавцев сдуло к стенам, потому что они поняли – с этим лучше не шутить. И они так боязливо жались по стенкам, а Петя с ребятами оттянулись по полной – полностью уничтожили этот клуб.

– Я, кстати, недавно пересмотрел концерт «Звуков Му» именно того состава. Посмотрите, это весьма интересно.

Б. Г.: «Звуки Му» – это настоящая энциклопедия советской жизни.

– Но на тот момент, да.

Б. Г.: Как они называли себя – «русская народная галлюцинация».

(Песня «Не было такой».)

– Я никогда тебя не спрашивал историю возникновения названия группы, но мне кажется, что «Аквариум» – это была пивнуха где-то в Питере?

Б. Г.: Меня в те годы пивнухи совершенно не интересовали.

– Послушай, но ты же проезжал мимо!

Б. Г.: И правда, мне было совсем неинтересно пить пиво тогда…. Как правильно заметила девушка на фестивале «Рок над Волгой», однажды мы с Джорджем переходили мост через Неву – теперешний Троицкий мост – и нам в мозг внедрились инопланетяне. Возник контакт, в результате которого стало абсолютно ясно, что та группа, которую мы собираемся сейчас основать, будет называться «Аквариум». Таким образом мы узнали, что собираемся основать группу. Поэтому все это произошло совершенно по наводке иноземного инопланетного разума, и мы к этому не имеем ни малейшего отношения, поэтому ответственность не на нас, нет…

– А, то есть ты хочешь сказать, что тебя это не ####?

Б. Г.: Не ####…

– Когда Борис Борисович сегодня сделал вид, что он пишет программу, я попросил его со мной выпить. Он мне сказал: «Дорогой Евгений, я не пью уже 14 лет!» Я говорю: «Ну, тогда хотя бы спой песню про стаканы».

Б. Г.: Спасибо, мне очень приятно такое внимание к этой песне. Но дело в том, что тут как в симфонии: чтобы дойти до третьей части, нужно сначала прослушать первую и вторую. Итак, все по порядку, начнем сначала… А начало у нас что? Как известно, духовность. Молитва. Пост.

(Поет серию из трех песен: «Молитва и пост», «Мама, я не могу больше пить», «Стаканы».)

Группа «Квартал»

«Квартал» – очень позитивны, с отличной музыкой и прекрасными музыкантами. Как они умудряются так играть? Иногда я уворовываю у них Саню Дитковского для своих концертов, так что крылами мы давно вместе машем! Люблю их!» – Евгений Маргулис.

– Группа «Квартал» на «Квартирнике»! Неожиданно совпало, конечно, то, что «Кварталу» 30 лет в этом году.

Александр Дитковский: Все правильно.

– И удивительно опять же, что я знаю эту группу ровно 30 лет. В 88-м году мы даже вместе играли какой-то совместный концерт. Чем меня поражал «Квартал» – они очень клево играют, они высокоинтеллектуальные, и у меня прямо сердце радуется, когда артист такого формата наконец-то спускается до нашей программы.

Вообще удивительно, что музыка этой группы звучит вопреки всем законам поп-жанра. Музыка достаточно сложная, тексты непонятные. Тем не менее стали популярны, и где-то, наверное, в году 89-м произошла судьбоносная встреча одного кулинара с этой командой. И как-то дело пошло и поехало. Во всяком случае, я помню, что мы переиграли дикое количество фестивалей вместе. Саня Дитковский, который мало того что играет в «Квартале», всегда принимает участие во всех проектах, в которых мы каким-то образом завязаны. Ну, то же самое Таня Литвиненко – она пела даже на какой-то нашей пластинке. Про Артура Пилявина мы будем говорить позже, конечно. Поэтому пока дайте музыку.

(Поют песню «Эдельвейс».)

– Александр Дитковский, я уже говорил, он великий трубач. Оказалось, что он еще является директором коллектива.

Ал. Д.: Ну, у нас не совсем так, нет такого прям начальства – все равны.

– Я просто хотел тебе задать вопрос, как директору коллектива. Расскажи-ка мне про Таню Литвиненко.