Лабиринты безумия

Далее вождь выслушал сообщение Берии и Меркулова по поводу выделения из НКВД Управления Госбезопасности в отдельный наркомат с назначением наркомом Меркулова.

Стал хорошо знал Всеволода Меркулова [41]. Тот пришел в «органы» в 1921 году и до 1931 года десять лет последовательно отработал в ВЧК, ГПУ и ОГПУ. Затем Меркулов был переведен на «партийную работу» в Грузии и в 1938 году стал первым заместителем Берия, который и привез его в Москву. Основной задачей Меркулова, как и многих его коллег, было уцелеть или, вернее, выжить в тех нечеловеческих условиях, в которых в сталинские времена работали все спецслужбы. Да и не только спецслужбы. Простейшим способом выживания (но отнюдь не гарантированным) было придерживаться нехитрого правила «угадать, угодить, уцелеть». Сталину понравилась одна речь Меркулова на активе следователей госбезопасности, где тот заявил: «Рано или поздно произойдет схватка между коммунистическим медведем и западным бульдогом. Наша здоровая, социально сильная, молодая идея, идея Ленина-Сталина, выйдет из этой схватки победителем!» Сталину нравился Меркулов, в котором, как следовало из характеристики, сочеталась великая доброта к народу и почти звериная жестокость к его врагам. Тот факт, что Меркулов в день выкуривал по 40 папирос (две пачки), тоже говорил в его пользу. Сам заядлый курильщик, Сталин знал, что много курит тот, кто всего себя отдает делу без остатка, сгорая во имя идеи. Кроме того, Меркулов слыл интеллектуалом. Сталину однажды принесли написанный им сценарий из колхозной жизни. Вождь нашел его несколько примитивным, но великолепно идеологически выдержанным. Не говоря уже о том, что проситься в кресло наркома госбезопасности, зная, чем кончили все твои предшественники, даже не будучи наркомами, надо иметь достаточное мужество.

Лаврентий, надо отдать ему должное, умеет подбирать людей. Пусть поработает на столь ответственной должности. Это был первый опыт деления огромного монстра НКВД на два наркомата: внутренних дел и госбезопасности. По штату нового наркомата «иностранный отдел» превращался в «иностранное управление», о чем давно шли разговоры. В самом деле, у армии Разведывательное Управление, а у чекистов – отдел. Дискриминация какая-то. Сталин считал претензии товарищей справедливыми и пообещал быстро решить эти вопросы.

Затем Молотов доложил ему, что ответ немцам подготавливается, но он считает, что особенно с ответом спешить не стоит. Во всяком случае до ответа болгар и турок на наши «предложения». Отмечается большая дипломатическая активность немцев на Балканах. Венгрия именно сегодня присоединилась к странам «оси». Интенсивнейшим образом обрабатываются болгары и югославы.

Внимательно поглядев на своих контрразведчиков и дипломатов, Сталин спросил: отмечена ли какая-нибудь утечка наших планов в Германии и повсюду?

В план «Грозы», – успокоил вождя Берия, – посвящен столь узкий круг лиц, что никакая утечка просто невозможна. При расширении состава посвященных в план – утечка будет неизбежна. В Англии, – заметил Сталин, – определенные круги уверены, что выступление Советского союза против Германии неизбежно. Откуда у них эта уверенность? Не идет ли туда утечка? Разберитесь.

На всех совещаниях разведчиков и дипломатов, которые проходили в присутствии Сталина, у людей возникала уверенность, что вождь знает гораздо больше тех, кто возглавлял разведывательные и контрразведывательные службы. Это наводило на мысль, что у Сталина была собственная разведывательно-информационная служба, докладывающая лично ему и настолько замаскированная в его аппарате, что о ней никто ничего не знал.

21 ноября Сталин провел совещание с военными, вызвав к себе Тимошенко, Мерецкова и Голикова. Накануне вождь затребовал из «Особой папки» план «Грозы», присланный ему на утверждение в сентябре 1940 года, когда с минуты на минуту ожидавшаяся высадка немцев в Англии произвела некоторый переполох в советских штабах. Одни предлагали нанести удар только по Балканам, а на линии конфронтации с немцами – ожидать реакции Гитлера. Другие считали, что уж если начинать 1 октября, то глобально: с нанесением одновременного удара и на южном, и на центральном направлении. Все эти шарахания привели к тому, что план «Грозы» как бы разделился на два плана. Один предусматривал действия только на Балканах, а второй – против немцев в Польше и Восточной Пруссии. Общий план, предусматривавший действия на двух стратегических направлениях, был каким-то невнятным. Фактически повторялась старая печальная история, уходящая своими корнями аж в 1914 год, когда у царской России в результате многолетнего планирования так же развалился общий план. Один – предусматривал действия только против Австро-Венгрии, другой – только против Германии, что привело к разлому общего мобилизационного плана и плана стратегического развертывания и давало о себе знать постоянно вплоть до полного развала России в прошлой мировой войне. Сталин еще раз внимательно прочел документ:

18 сентября 1940 года № 103202/06

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

ОСОБО ВАЖНО